И черт с нами

 – Я поднял палец и многозначительно добавил: – По идее!

– У некоторых людей предвзятое отношение к демонам.

Ох, не любят обитатели Ада, когда их чертями именуют!

– Да брось ты, – махнул я рукой.

– Это не мое личное мнение, а агентурные данные. Святоши серьезно работают над созданием негативного образа демонов.

– А вы, выходит, дело на самотек пустили?

– Ну почему же? – Гамигин умолк и на секунду плотно сжал губы.

Я давно уже приметил, что Анс так делает, когда сомневается, стоит ли продолжать обсуждение начатой темы.

– Ну, почему же? – подзадорил я его.

– Мы тоже проводим определенную работу. – Ох, мастер обтекаемых фраз! – Но исторически сложившиеся тенденции…

– Анс, – укоризненно посмотрел я на демона. – Какие, к черту, тенденции? Скажи уж честно, не хватает вам наглости и нахрапистости святош.

– Ну…

– Ты в курсе, что святоши даже с «семьей» контакты поддерживают, неофициально, но, судя по всему, не без взаимной выгоды?.. А, не отвечай, это тоже военная тайна, знать которую мне не полагается.

– В некоторых ситуациях это может иметь определенный смысл, – ответил честный Гамигин.

– Брось, Анс, ты прекрасно понял, что я имею в виду. Речь идет не о спасении заложников, а о самых обычных, повседневных, деловых контактах. Ты, кстати, сам вспомнил о вековой истории. Насколько я помню, ни в одной из мифологических традиций демоны не отличаются той же щепетильностью, что их реальные прототипы.

– Даже в сказках демоны никогда не нарушают заключенного с человеком договора. Они могут хитрить, изворачиваться, искать у своего партнера слабые места. Но демон… Или черт, если тебе угодно, никогда, ни при каких условиях не разрывает договор в одностороннем порядке. Даже если это было только устное соглашение, о котором не знал никто, кроме двух договаривающихся сторон.

Я задумался над тем, что сказал Гамигин. Начал перебирать в уме известные мне литературные произведения, героями которых были черти.

– Так что же, честность – ваша родовая черта? – спросил я осторожно, как будто боясь обидеть.

На самом деле мне было немного неловко из-за того, что прежде я воспринимал литературных чертей как сугубо отрицательных персонажей. Вот они, вековые традиции, о которых говорил Анс.

– Скорее особенность воспитания, – ответил Гамигин. – Нас с детства приучают к тому, что честность – лучшая политика.