Истинная для трех волков

– Назвал меня лгуньей, ты, высокомерный комок шерсти?! Меня?! В кого ты вырос Ремиус Уайт! Твой отец сгорел бы от стыда от такого неуважения! Твой отец!

Она закашлялась, и ветер тут же стих, словно его и не было.

Рем пытался отдышаться, а Кларисса уже снова сидела на ступеньках, выковыривая что-то из-под своих ногтей.

– Что это было?

Ведьма посмотрела на него так, словно забыла, что он вообще здесь стоит. Потом огляделась по сторонам – на примятую к земле траву и птиц, притихших от ужаса на макушках деревьев.

– Ах, это. Я стара, Ремиус, иногда магия выходит из-под контроля. Иногда – когда я злюсь.

Она улыбнулась беззубым ртом.

Он закрыл глаза.

– Я был уверен, что ты поможешь, – сказал он честно.

Ведьма протянула ему грязный клочок бумаги.

– Вот, держи.

– Что это?

– Заклинание для обряда. Встретишь свою пару, свяжешь ее со своими братьями, и тогда вы все станете в два раза сильнее. Все – включая Дэвида. И тогда, возможно, ему хватит сил, чтобы исцелиться от волчьего проклятья.

Рем напрягся.

– Проклятье? Думаешь, это проклятье?

– У вас есть враги, альфа. И Дэвид – не главная цель.

Рем подумал, что зря он сюда пришел. Она ничем ему не поможет. Ничем. Эта старуха свихнулась, ей пора в могилу. Она больше не умеет ничего, кроме фокусов с ветром.

Он развернулся, чтобы уйти.

– Эй, ты обещал заплатить, красавчик.

Рем напрягся. Что она попросит? Денег? Клык? Кусок кожи, чтобы добавить его в какой-нибудь дурацкий отвар?

Ведьма зашуршала своим тряпьем и скрючилась перед ним, поджимая губы.

Протянула руку.

Он все понял. Все, чего ей было нужно – немного его силы исцеления. Рем обхватил ее запястье рукой, чувствуя, как прорывает кожу под одеждой белая шерсть. Старуха закатила глаза, принимая помощь. Это была временная мера, но любой альфа мог сделать это – забрать немного боли, отдать немного сил. Всего на пару дней.

Лицо Клариссы стало светлее, и Рем одернул руку, чувствуя, как ее боль течет по его венам.

– Довольно, – сказал он.

Ведьма снова улыбнулась своим мерзким ртом.

* * *

У Соул всегда была спокойная, размеренная жизнь. Никаких приключений. Никаких пьяных купаний в бассейне голышом. Никакого секса с незнакомцами и танцев на барной стойке.

Ничего. Она жила в своей маленькой съемной квартире одна, обменивалась выпечкой с соседями, и раз в месяц, в день зарплаты, выпивала с Мирой пару бокалов вина в ресторане напротив офиса.