Охотник на зоидов

На груди не видно никакой дверцы контейнера, значит, он не предназначен для захвата людей, как те, что напали на Капсулу.

Он создан для убийства.

Зоид поднимает одну конечность и стреляет.

– Стружки-опилки… – бормочу я, когда лезвие лазерного луча чуть не задевает меня.

Активирую детонаторы. Блескорыл закладывает вираж прямо над зоидом. Я наклоняюсь и леплю бомбы на его куполообразную черепушку.

Блескорыл взмывает вверх.

Взрыв беззвучен – просто приглушенный «плюх!».

Голову зоида разносит на части.

У меня мало времени, чтобы получить необходимые сведения, – скоро другие зоиды придут проверять, что случилось с их собратом.

Блескорыл приземляется, я сползаю с его спины и присматриваюсь к распотрошенному зоиду, распростертому у моих ног. Голова размозжена, но тело – в котором и находятся нужные мне вещи – по-прежнему цело. Я сканирую болты.

Снимаю заднюю панель.

Под мягкой подложкой обнаруживается материнка, порты ввода-вывода.

О нет! Оно уже запустилось. У меня еще меньше времени, чем я предполагал.

Изучаю материнку. Вот центр вооружения, вот двигательный узел. А вот и он – модуль памяти. Прижимаю к нему сканер и слежу, как из него перекачивается информация.

Неожиданно голова моя наполняется пиканьем, идущим из наушников. Я смотрю вверх и через визор обнаруживаю с полдюжины кроваво-красных тепловых сигналов, перемещающихся через равнину прямо в нашу сторону.

Хватаю сканер и прыгаю на спину блескорыла. Калиф юркает в комбез. Мы взмываем в воздух – и как раз вовремя.

Внизу сильнейший взрыв – сработал механизм саморазрушения.

Взрывная волна настигает нас, блескорыл беспорядочно кувыркается в воздухе, так что мне приходится изо всех сил цепляться за его спину. Но когда он наконец выправляется, я улыбаюсь.

Пиканье в ушах прекращается. Остальные киллеры, должно быть, подлетели слишком близко, и взрыв уничтожил их.

11

Похожее на печатную плату открытое пространство подо мной заканчивается. Я наклоняюсь и через визор изучаю то, что вижу впереди.

Там вытянулись в линию шесть обширных прямоугольных озер. Свет играет на водяной глади.

Только это не вода, а кислота.

Воздух наполнен жгучими испарениями, от которых на глаза наворачиваются слезы. Калиф тоже их чувствует.