Диавол во плоти. Падший Ангел

Они весело над чем-то смеялись, подходя к месту убийства Шелли Брамс, и не подозревали, как кто-то удивляется их беспечности.

– Разве не вдохновляет это место на новый шедевр?! – Парень подбежал к месту, где совсем недавно лежала, испуганная, Шелли, и развел руками. – Эта тишина?! А эта темнота?!

– Ну, я не знаю, – Одри поежилась, почувствовав, как зловещий холодок пробежал по ее телу. – Марк, может, уйдем отсюда?

– Одри! Тыне понимаешь! – Он подбежал к девушке и взял её за плечи. – Я нарисую замечательную картину, Одри.

Ты только прислушайся… Чувствуешь?

Одри чувствовала, как что – то медленно к ним приближается, как комок подступает к горлу и хочется кричать, потому, что страх уже проник внутрь. Из темноты выросла фигура и Одри лишь прошептала: «Марк». Марк обернулся.

– Да, Одри, прислушайся. Ты чувствуешь ЭТО? – Человек поднял указательный палец вверх. – Это страх, Одри.

Они почувствовали, как страх сковывает их, и не могли шевельнуться.

– Страх, Одри, парализует свою жертву.

 – Он подошел к Марку, заломил ему руки назад и подвел к ближайшему дереву. – И не позволяет ей бежать.

Одри медленно отступала назад, и когда этот человек вонзил большой нож по самую рукоятку в скрещенные ладони Марка, тем самым пригвоздив его к дереву, побежала. Человек отрицательно покачал головой и протянул свою руку ладонью вперед. Неведомая сила поволокла девушку назад. Она пыталась изо всех сил бежать вперед, но как – будто её кто – то схватил сзади за шиворот и потащил назад. Упираться ногами о землю было бесполезно.

Ни Марк, ни Одри кричать не могли, их как – будто парализовало.

Привязав девушку между двумя деревьями, мучитель подошел к Марку.

– Вдохновляет? – кивнув в сторону « распятой» девушки, спросил он. – Знаешь, Марк, во все времена великих художников искусства вдохновляли женщины. Они посвящали всю свою жизнь этим созданиям. Было создано множество шедевров: картины, скульптуры, поэзия… Человек снова подошел к испуганной девушке.

– И знаешь, Марк, – продолжал он, вытаскивая откуда-то проволочные нити разных цветов, – я ведь тоже люблю женщин.

Я тоже, своего рода, художник. Одно создаю, другое разрушаю. Марк увидел, как нить за нитью втыкались в Одри с одного боку, проходя насквозь. Этот мученик как- будто ткал, вонзая то сбоку, то сверху эти нити. Одри рыдала, стонала от боли. Кровь сочилась отовсюду.

– Сукин ты сын! – Кричал Марк. – Оставь её! Одри! Помогите!

– Да-а. Это будет первоклассный шедевр.