Инерция во времени

Помню, с каким необъяснимым призрением, перенятого с дневных классов, я наблюдала за беззаботно шедшей группой, весело беседовавшей между собой, и понимала, что никто из этих учащихся не был виноват в том, чего пришлось пережить мне. Я, ровным счетом, не знала, насколько могла быть отличной жизнь в их обществе; что они думали обо мне и на что были способны; что же на самом деле стояло за их важной манерностью. То же, что и за заносчивостью лейтов? Страх быть непризнанным? Зачем я вообще продолжала интересоваться ночным устройством жизни? Я была далека от этого уклада.

В достаточной мере у меня не было ничего общего с ними. Неужели к этому была причастна сама элементаль?

Глава 3

БЛЮРИДЖ

Настало утро. Я полюбила утро с тех пор, как приняла свет фиры совершено иначе: Райли постоянно встречал рассвет. Его жизненная необходимость превратилась для меня в устоявшуюся привычку каждый раз бодриться восходом фиры, стоя под ее прямыми лучами. В комнате было прохладно и тихо, а на балконе раздавались голоса проходивших мимо учащихся и пение резвящихся стай птиц, осевших в ближайших дендрариях.

Я взглянула за открытой балконной дверью на спящую подругу. Скрючившись, она лежала с головой под одеялом, когда как я держалась за ограждение и ощущала рядом вибрирующее мурчание вечно теплого кота. Лучи желтой звезды приятно касались моей кожи, позволяя искренне улыбнуться этому.

«И все же я обожаю утро…», – подумала я и краем уха услышала презирающий все голос Нии.

– Ненавижу утро…

Видимо, свет, который я впустила в комнату, помешал ей спать дальше.

Она тяжело выбралась ко мне в своей дорогой синей пижаме и грузно навалилась на прочный ветвистый забор черного цвета. После пробуждения состояние подруги характеризовалось одним сплошным недовольством, поэтому я не спешила начать с ней диалог. Мы смотрели за просторами открывшегося нам видения и вполне спокойно воспринимали общее молчание, будто слова являлись не единственным средством нашей коммуникации: порой, нам хватало одного лишь взгляда, чтобы понять друг друга.

– Аня…

– Да-а? – натянуто улыбнулась я, с интересом продолжая наблюдать за учащимися в стенах огромного стеклянного биолоджитория, выглядывающего за длинным пятым корпусом. В том дальнем учебном здании всем позволялось самостоятельно выращивать сорта растений, так необходимых некоторым коронцам, например, для оздоровительных целей или специфического питания, возникшего из-за естественной среды их обитания.