Дэйвенпорты

Родители поставили на кон все, что у них было – и ее будущее, и свое, – чтобы убедить целый город, будто успех семьи Тремейнов можно легко повторить.

С тяжелым сердцем Руби вышла из комнаты, гадая, кто из них больше мечтает о ее помолвке.

Глава 5

Оливия

– И обязательно занеси их в здание.

– Да, мама.

Руки Оливии уже ныли от тяжести корзины. Ее мама напекла кексов для бесплатной столовой на Южной стороне.

Миссис Дэйвенпорт положила в корзину еще два кекса.

– Очень важно помогать тем, кто менее обеспечен, Оливия.

Мы с вашим отцом никогда бы не добились нынешнего положения, если бы нам не помогали.

Оливия выпрямилась.

– Я знаю.

День был чудесный: идеальная погода для пешей прогулки вдоль озера или поездки в открытом конном экипаже. И вот мама попросила ее съездить в город и отвезти корзину. Вообще-то сегодня это должна была делать Хелен, но она куда-то подевалась еще до завтрака. Оливия была сильно раздосадована, хотя и корила себя за это чувство.

Ну конечно, мама может на нее рассчитывать.

– Я прослежу, чтобы кексы достались волонтерам.

Эммелин Дэйвенпорт коснулась ладонью ее щеки. А дочери другого поощрения и не требовалось. Пока она шла из кухни к конюшням, корзина отскакивала от ее бедра. У конюшни Томми уже запрягал лошадей.

– Мисс, – сказал он, принимая у нее корзину и помогая подняться в коляску.

Оливия устроилась на мягком кожаном сиденье, рядом поставила корзину. Особняк «Порт Свободы» скрылся за деревьями.

Рестораны и магазины города замелькали по сторонам от Оливии, сливаясь в единое пятно. Вскоре они оказались на Южной улице, представлявшей собой уменьшенную копию Стэйт-стрит. Здесь было полно лавок, рынков и организаций, которыми владели темнокожие (включая салоны красоты, юридические фирмы и больницу). До того как прическами семьи Дэйвенпорт занялась Эми-Роуз, Эммелин с дочерьми то и дело устраивала себе поход по магазинам и визит в здешний салон красоты.

Оливия никогда больше нигде не видела, чтобы в одном месте было так много людей, похожих на нее. Некоторые из них раньше были рабами, как ее отец. Другие родились свободными на востоке, как мать. Все они надеялись начать новую жизнь в этом городе, который давал им возможность сделаться совершенно другими людьми. Музыка здесь, похоже, была доминирующим звуком: дерзкий джаз разливался в воздухе, точно запах свежего хлеба.