Master’s shadowgate. Том 6. Тени Летучей Мыши

Граф поднялся на второй этаж, где были расположены спальни. Одна из них была отведена для Крис и специально зачарована заклинанием от молний, чтобы вспыльчивая магичка не повреждала своими импульсами вещи.

Граф открыл дверь и вошел. На кровати, с обнаженной грудью, в одних стрингах, связанная по рукам и ногам, с пластырем на губах сидела Крис и бросила очередной убийственно-гневный взгляд на вошедшего, полный искр. На груди был тонкий подживающий разрез, с которого стекли и подсохли несколько алых капель.

Послышалось свирепое мычание.

– И я тебя дорогая. – присел на край кровати граф и стал стаскивать перчатки. – Уж прости, но другой крови Бесстрашного мага человеческой расы для откупа за ступившего в Сумеречный в Запретную Ночь у меня под рукой не оказалось.

Кейн бросил перчатки рядом и провел кончиком пальца по порезу, который почти зажил. Потом довел линию до розового вздрагивающего ореола и снова услышал яростное мычание.

– Обещаю загладить свою вину. А вот вазу ты мне зря в драке разбила.

Поэтому я тебе и корсет рассек. Она мне нужна была для симметрии. – граф снова перевел взгляд на «симметрию» мягких женских округлостей. – А теперь пообещай мне не кричать, не вольтовать, не драться и я даже лично приготовил твой любимый десерт. И весь день проведу с тобой, если хочешь. Альфред взял выходной… Устал он… За ночь… Стар он уже… Для такого…

Граф загадочно улыбался, глядя на притихшую магичку. Та что-то уже просто обиженно, а не свирепо промычала, после чего вампир аккуратно оторвал от её губ пластырь.

И снова рассвет. Золотистые лучи солнца игриво вползали в окна спальни. А тёмный Сумеречный лес по-прежнему дышал своей тайной.

Незадолго до этой ночи.

Улица Лиферия, поток жителей, разношерстная толпа и две темные неспешно прогуливающиеся высокие фигуры. Один мужчина с катаной, за плечами в коротком походном плаще, на вид был более угрюм, чем его спутник, такой же черноволосый, только длинные волосы покрывали по спине камзол почти до лопаток.

– Так значит ты меня принял за приведение? – вздернул брови длинноволосый брюнет, мельком бросая взгляд холодных серо-голубых глаз на профиль собеседника.

– Я… после смерти Учителя вообще перестал вникать в образы на какое-то время, – проговорил Кейн, продолжая скользить алым взглядом по толпе. – Просто решил, что ты ментальное проявление кого-то из потусторонних, из ушедших. О каких книгах и о каком мире речь идёт, я даже не вникал.