Война Кланов. Медведь 1

Меня передергивает от отвращения.

– А теперь посмотри на свою руку, – выдергивает из воспоминаний девичий голос.

Ладонь вытягивается и покрывается шерстью, ногти уплотняются и синеют. Сквозь шерсть выглядывают подушечки пальцев, с каждой секундой мех густеет и разрастается, словно трава при ускоренной съемке в телепрограмме о ботанике. Но вот шерсть начинает съеживаться.

– Продолжай думать, продолжай ненавидеть!

Перед внутренним взором снова эти красные глаза, темнота и сырость. Снова крики боли и предсмертное хрипение.

Я чувствую, как по жилам разливается напряжение, словно двумя руками держусь за незаземленные провода. Сначала легкое, потом напряжение увеличивается, будто кто-то невидимый крутит рукоять настройки.

Рвущие одежду лапы, хруст костей, мокрое чавканье огромной пасти…

Меня уже колотит от бьющих разрядов. Я смотрю на Марину, сквозь неё, в ту самую промозглую осеннюю ночь.

Черная шерсть лоснится на боках, согнутые ноги делают шаг ко мне.Окровавленные клыки скалятся в радостной ухмылке…

Марина уменьшается в размерах, а я упираюсь загривком в потолок и собираюсь расти дальше.

– Вот теперь ты стал симпатичнее, – сквозь оглушающий стук сердца в ушах, доносится голос Марины, – посмотри на себя в зеркало!

Я нагибаюсь к зеркалу шкафа, и на меня таращится морда медведя, более плоская и клыкастая. Из-под черных брыл выскакивают белые клыки, более похожие на зубья бороны. Густая темно-бурая шерсть покрывает всё тело, сквозь неё проступали объемные мускулы. Вот теперь я могу посоревноваться и со Шварценеггером! Если он, конечно, тоже не оборотень.

Режим оборотня включен

Ваша реакция ускорилась, ваша сила выросла, ваша скорость увеличилась

Я улыбаюсь возникшему сообщению, и в зеркале отражается оскал пугающей пасти. От вида огромных клыков я отшатываюсь, и лапа сама бьет по отражению. Зеркало брызгает миллиардом мелких осколков. Они застревают в шерсти на вытянувшихся ногах, осыпают мощную грудь, стучат по поджарому животу.

– Ну ты и засранец! – комментирует Марина.

 – Ты теперь мне зеркало должен.

– А ты мне должна нормальную жизнь, – вырывается из моей глотки хриплый рев. – Куда я теперь таким пугалом? Ни на дискотеку, ни на гулянки, только в армию.

– Я уже попросила прощения, – тихо говорит Марина. – Сделанного не воротишь, тебе остается просто смириться и научиться с этим жить. Либо попытаться лишить себя жизни, а это оборотню очень трудно сделать – слишком уж силен инстинкт самосохранения.