Сладкий лжец

С одной стороны находилась мини-кухня, а с другой – за парой распахнутых синих портьер из дамаста[45 - Дамаст – узорчатый материал китайского происхождения, используемый для пошива эксклюзивной одежды и оформления интерьеров в восточном стиле.] в нише спряталась белая железная кровать. Несколько произведений искусства лежали на полу, прислоненные к стене. Рядом с ними стояла коробка с маленькими вазами и различными декоративными безделушками.

Кто-то либо все еще распаковывал вещи, либо убирал их. Потом я заметила пару выцветших джинсов, кучей лежащих у изножья кровати, и поношенные рабочие ботинки, брошенные рядом с ними.

Кровь прилила к кончикам пальцев, а затем обратно к щекам. Я узнала эти джинсы.

Это его комната. Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

С бешено колотящимся сердцем я развернулась, чтобы убежать, и чуть не врезалась в широкую грудь. Двойное дерьмо. Жар обжег мои щеки, и я поморщилась, желая убраться отсюда подальше. Но этому не суждено было случиться.

Абсолютную тишину прорезал глубокий ворчливый голос:

– Помочь тебе с чем-нибудь, Эм?

Проглотив свое достоинство, я вздернула подбородок – потому что он чертовски высок – и повернулась к нему лицом.

От холода в его бледно-зеленых глазах по телу пробежала дрожь. Он осмотрел меня так, будто нашел крысу в своей комнате.

Я облизала пересохшие губы и попыталась заговорить. Голос прозвучал высоко и трескуче:

– Нет?

Ледяные глаза сузились.

– Ты не знаешь? Нам нужно что-то обсудить? Может, твою склонность отвечать на вопросы неуверенным «нет»?

Ох.

Ну уж нет, я не собиралась вести себя как тряпка. Я вздернула подбородок, и это, к сожалению, подчеркнуло мою грудь, хотя он, казалось, не заметил.

– Я собиралась пойти поплавать.

Боже, это прозвучало смешно.

Он поднял бровь, как будто соглашаясь со мной.

– Бассейн в той стороне, Эм.

Эм. Мне нравилось, как он произносил мое имя. Столько чувства в одном слоге. А вот насмешливое самодовольство в его глазах не нравилось совсем.

– Я в курсе.

– И? Ты решила сначала повынюхивать тут?

Если до этого момента я не походила на помидор, то теперь была близка к этому. Плевать. Просто сыграй.

– Нет, я не решала повынюхивать. Я ходила вокруг бассейна, увидела открытую дверь и…

– Стала вынюхивать.

Я зарычала. Вышло похоже на рычание котенка. Люсьен помедлил, но его безразличное, непреклонное выражение лица не изменилось.

– Разнюхивание подразумевает, что я рылась в твоих вещах.