Последний Намсара. Боги света и тьмы

Но какой именно напев захочет услышать самая злобная из этих тварей? Про себя самого? Про Элорму, Первого Намсару?

Аша сошла с охотничьей тропы и двинулась вверх по отрогам, поросшим соснами и густым ельником. Путь без конца преграждали спутанные плети плюща, обвивающие деревья; ей приходилось рубить их и протискиваться дальше. Пока она поднималась все выше, она вспоминала древний напев, вытягивая строчку за строчкой из недр памяти, словно вычерпывая из колодца полные ведра, правда, не воды, а яда. Наконец она выскочила на открытую каменистую площадку и приготовилась запеть, но так и осталась стоять с открытым ртом.

На обширном плато, свернувшись кольцом, лежал и грелся дракон. Под лучами солнца его чешуя из бежевой постепенно превращалась в темно-серую. За спиной дракона плато полого спускалось в долину, утопающую в зелени, с бегущей по ней извилистой горной речкой.

Дракон повернул голову. Аша замерла. Его ноздри раздулись, и в воздухе повис запах дыма. На голове дракона едва проглядывали рога, выдавая молодую особь.

Судя по невзрачной окраске чешуи, это была самка. Она угрожающе щелкнула зубами и развернулась всем телом к Аше.

Молодые драконы более склонны к агрессии. В случае опасности они скорее нападут первыми, чем попытаются скрыться. Эта самка не была исключением. Она широко расправила крылья – так, завидев врага, распушает свой хвост индюк, чтобы казаться больше и страшнее.

Тень от крыльев закрыла Ашу. Сквозь прозрачные перепонки просвечивало солнце, обнажая сцепленные кости.

Дракониха зашипела. Пальцы Аши сжались вокруг рукоятки топора. В любой другой день она посчитала бы удачей вот так, запросто, наткнуться на дракона.

«Чем скорее я убью тебя, тем быстрее выманю Кодзу». Аша сжала зубы. Резко опустив забрало шлема, она отстегнула ремешок у топора, но вдруг остановилась, потом медленно протянула руку за спину и взялась за рукоятку серпа, слегка потянув его из ножен. Сердце забилось чаще, кровь забурлила.

В памяти всплыло предупреждение Элормы: серпы-убийцы можно использовать только для исправления ошибок.

«Так именно это я и делаю», – подумала она. Она выхватила священный клинок – солнечный свет, отраженный от лезвия, на мгновение ослепил дракона, и Аша ринулась вперед. Но дракон проворно увернулся и, прошуршав чешуей по камням, оказался за спиной Аши. Она рухнула на землю и перекатилась кувырком, едва успев увернуться от утыканного шипами хвоста, который дракон обрушил на нее.