Последний Намсара. Плененная королева

Но даже если он и вспомнил что-то, то не произнес ни слова. Просто отодвинулся, освобождая для нее место рядом с собой.

Дакс откинулся назад, опершись на руки. Рукава его рубашки все еще были закатаны по локти после мытья посуды.

– Прости меня, – быстро сказал он. – Мне следовало постучать в дверь.

Уже не в первый раз его голос поразил Рою – это был голос не мальчика, а юноши.

Роя вытянулась рядом.

– Ты ничего не прервал.

Он быстро взглянул на нее и отвернулся.

Между ними стеной стояла недосказанность, скопившаяся за восемь лет.

Восемь лет ее одолевали мысли, которые она не могла высказать; восемь лет ее терзали воспоминания, которые она пыталась похоронить.

«Как ты посмел ступить на порог нашего дома?» – хотела спросить она Дакса.

Но Роя была дочерью Поющего Дома. Отец учил ее быть любезной всегда, даже когда единственным ее желанием было выхватить нож.

И в такие моменты – особенно.

Рое нужно было выяснить, зачем он приехал. Она решила начать издалека.

– Кто выиграл? – спросила она.

– Что?

– «Боги и чудовища».

– А, это. – Он закинул руки за голову. – Я, конечно.

Роя покосилась на него – криво ухмыляясь, он разглядывал звезды.

– Врешь.

Улыбка Дакса стала шире, но спустя мгновение исчезла. Он взглянул на нее, их взгляды встретились, и оба тут же отвернулись.

Тишина заполнила пространство между ними, словно толстые плети каких-то диких лиан, хватающих за горло. Роя вспомнила, как стояла перед запертой комнатой, откуда до нее доносились всхлипывания.

– Так странно… вернуться, – вдруг сказал он, прогоняя ее воспоминания. – Все изменилось.

«Да, – подумала она, – мой народ теперь нищий. Благодаря тебе».

– Ты изменилась, – тихо произнес он.

Роя ощетинилась, сжав кулаки.

– А ты… – Она пыталась сдержать гнев, смешанный с горечью, поднявшийся в душе, но не смогла. – Ты ведешь себя так, будто ничего не изменилось. Играешь в игры с отцом! Забираешься на крышу, словно… ничего не произошло.

Он резко повернулся к ней.

– Думаешь, я вернулся сюда, потому что все забыл? – В его голосе одновременно зазвучали злость и печаль. – Я вернулся, потому что помню, Роя, и буду помнить всегда.

Он добавил, чуть смягчившись:

– Я думаю о ней каждый день.

Роя резко выпрямилась. О чем она вообще думала, приходя сюда? Она не собирается с ним разговаривать. Только не об Эсси.