Моя любимая bestie

Она злилась от того, что не может сказать то, что возникало где-то внутри. Бабушка не настаивала, не задавала лишние вопросы.

– Понимаю, сложно ответить однозначно. Но ты ведь и без меня это знаешь, верно?

Старушка подмигнула и продолжила с аппетитом поедать свое клубничное мороженное.

Глава 4.

Виктория

– Палящее солнце Лос Анджелеса! А я стою тут, в этом гадюшнике, с тряпкой и мою фасад! – бухтела себе под нос Виктория, отжимая тряпку и наматывая ее на палку от швабры.

– Стены сами себя не помоют! Быстрее закончишь – быстрее уйдешь! – крикнула ей женщина надзиратель с набитым ртом, пока жевала булку.

– Вот дерьмо! – выругалась Вик и продолжила натирать стены.

Это было убогое здание муниципальной библиотеки, которую забросили, по меркам Виктории, лет 900 назад. Мытье стен, дверей и окон фасада, частичная покраска, а также облагораживание прилегающей территории – таков был фронт работ Виктории на ближайшие 4-ре дня. Родители ее, конечно же, ничего об этом не знали, и думали, что девушка днюет у подруги, которая восстанавливается после неудачного падения.

А домой такая уставшая и в краске приходит, потому что «они помогают Спарксам в саду».

Работа помогала Виктории, отвлечься. Однако, все то время, когда мысли уносили ее к Каролине, она не знала куда себя деть. Подруга не отвечала на сообщения, и вся эта ситуация сводила Вик с ума. Миллион пропущенных звонков и еще больше проигнорированных смс. Единственное, что успокаивало Викторию так это то, что подруга прочитывала сообщения и была в сети в соц.

сетях. Это значило, что с ней все в порядке. Виктория иногда звонила Спарксам на домашний, спрашивая не выписали ли Каролину, а Сара удивлялась от чего Виктория сама не позвонит Каролине и не спросит. Но эта тема так и оставалась табу.

От Тима, Нэнси и кого-либо другого не слышно было ничего с того момента, как они «классно покатались» на утесах. Один Сэм, следующим утром и парочкой дней после написывал в Фейсбуке по типу «Как ты? Как поживаешь? Каролину еще не выписали?».

Их односложные переписки – были единственной связью с миром для Виктории за эти две недели. Она и представить не могла, что, лишившись всего лишь общения с одним близким человеком, она потеряет для себя весь мир. Это было странно, страшно, пугало ее очень сильно.

Вик терла грязную стену здания и не понимала – как такое вообще возможно? Телефон завибрировал и она, стянув перчатки с правой руки, достала телефон.