Петезера: станция смерти

К тому же, почему Бехтерев не сказал ни слова о том, кто именно ему угрожает и не назвал никаких имен? Напротив, он ясно дал понять, что «…Работники станции находятся в смертельной опасности… [Далее череда невнятных помех]… Смертельная… [Снова помехи]… Приходите… [Сильные помехи]… Приходите сюда…». После этого его сообщение резко оборвалось.

То есть, из его последних слов легко можно сделать вывод о том, что никакой междоусобной стычки перед трагедией на «Петезере» не было. Виктор Бехтерев умолял спасти группу, застрявшую на полярной базе.

Значит, незадолго до загадочной гибели все эти люди были заодно.

Но против чего они боролись? И чего они боялись? Что хотел передать в своем предсмертном сообщении Адам Аллен, сидящий в кабине «Петезеры-31»? И почему группа, состоявшая из 12 человек, единогласно решила подорвать базу, подписав тем самым себе смертный приговор?

И самое главное – куда исчезли тела девяти работников полярной станции?

Часть 2. Станция кошмаров

Сейчас, когда на карте мира уже не найти ни следов поселка Снежное, канувшего в небытие после 2010-х годов, ни «Петезеры», мало кто вспомнит о том, как вообще зародилась жизнь на этом ледяном плато.

Между тем, история возникновения «Петезеры» начинается еще с довоенных времен, когда на дворе правил 1931 год.

Именно тогда внезапно выяснилось, что дальний север – не такой уж и дальний. И, имея нужное количество техники, пролетарского духа и моральной выдержки, вполне возможно освоить даже его.

И даже нужно, ведь под толщей вечной мерзлоты на континенте дремали никем не тронутые залежи никелевой руды. Дело было за малым – найти подходящих людей. И они нашлись.

В число тех, кто составил группу, готовившуюся покорять ледяные пустоши, вошел Дмитрий Рыдыщев – выдающийся русский проектировщик с болгарскими корнями. Вернувшись домой после утомительной вылазки в дикие северные края, Рыдыщев всего за два месяца разработал и утвердил план будущей станции.

На чертежах она выглядела практически круглой – все из-за покатых крыш пяти блоков, затянутых светоотражающим материалом для сохранения тепла внутри сконструированных помещений.

Глядя на свои чертежи, Рыдыщев невольно воскликнул: «Пет езера!», что в переводе с болгарского означало: «Пять озер!». На бумагах эксцентричный план Дмитрия Рыдыщева выглядел безупречно. И руководство не стало медлить с его воплощением в действительность.