Петезера: станция смерти

Вот как описывает Николая Трофимова Андрей Ливанов в своем дневнике, посвященном расследованию тайны гибели «Петезеры»: […Спокойный и сдержанный худой мужчина среднего роста с седыми кудрявыми волосами восьмидесяти пяти лет от роду… Вызывает невольное уважение своей манерой общения, очень располагает к себе. Мне показался рассудительным и на редкость приятным в разговоре человеком. В отличие от многих жителей поселка Снежное, Трофимов не стал выдумывать небылицы, а сразу спросил меня об имеющихся фактах… Чувствуется военная выдержка и закалка… Трофимов активно пытается помогать нашему расследованию и просит держать его в курсе событий…].

К сожалению, выяснить больше о бывшем военном летчике не удалось даже после его смерти. Со временем его однокомнатная квартира, оставшаяся в городе Тышемкаш, была присвоена кооперативом АКСАР, а затем передана нуждающейся многодетной семье из удаленного северного села Ойчар, потерявшей жилище в результате пожара.

В отличие от своего коллеги, Виктора Бехтерева, электрик Демьян Резник никогда особенно не тревожился о закрытии погрузочных блоков «Петезеры».

Утратив работу на полярной станции, он вернулся в Снежное и начал вести привычный образ жизни. Более того, закрытие «Петезеры» фактически никак не повлияло на быт и финансовое положение Резника, поскольку он трудился электриком одновременно как на полярной базе, так и в поселке Снежное.

Резник был одним из тех немногочисленных счастливчиков, для которых в крайней северной точке региона АКСАР всегда имелась работа.

Именно он следил за расходом топлива, чинил и заменял генераторные системы, монтировал проводку, а заодно отвечал за уличное освещение единственного живого уголка Снежного после закрытия станции – улицы Продовольственной.

В Снежное Демьян Резник, как и многие остальные, прибыл во времена, когда вовсю шла разработка никеля. А затем крепко обосновался здесь, женился и решил остаться навсегда. Новость о том, что станцию «Петезера» собирается выкупать западное научное сообщество Резник воспринял прохладно – по словам его супруги, Инги Резник, ее мужа устраивала их скромная, но тихая и размеренная жизнь.

То, что станция вновь заработает, означало для Резника лишь одно: в поселке снова станет слишком шумно, появятся новые люди, начнется хаос и неразбериха с плановыми полетами на вертолете. Одним словом, особого восторга от этой новости он не испытывал.