Призраки глубин

Капитан вскочил на ноги и испуганно вытаращил глаза:

– Что за бред? Я не имею к этому никакого отношения! И в городе уже давно не вешают преступников…

– Тебе повезло, Мегрисс, потому как сам губернатор издал указ: дело сложное, темное, а потому всех подозреваемых, кто не оказывает помощь следствию, вешать без суда. Давай, пойдем…

– Я никуда не пойду!

Мужчина встал во весь рост и распрямил плечи. Его лицо одновременно искажал животный страх и гнев. Я послушно кивнул головой и опустился на лавку, закинув ногу на ногу.

Все это время хозяин «Синего быка» с приоткрытым ртом наблюдал за нами, замерев с чистым бокалом и тряпкой в руке.

– Можешь не идти.

– Могу?..

Капитан выглядел растерянным. Он опустил кулаки и теперь с непониманием глядел на меня, хлопая глазами.

– Конечно. Думаешь, мне это нужно? Мне платят слишком мало, чтобы рисковать своей шкурой и тащить в участок буйного нетрезвого моряка. Я просто скажу всем этим убитым горем матерям и отцам, кто именно стоит за похищением их детей.

И они уж сами решат, что с тобой делать. Я даже думаю, что так будет гораздо лучше.

– Я ни в чем не виноват, ты не можешь так поступить, они растерзают меня, как медведя! Я не совершал ничего дурного!

Капитан неуверенно топтался на одном месте, бряцая пряжками на своих огромных ботинках и не зная, что ему предпринять. Я же продолжал вальяжно сидеть на лавке, спокойно наблюдая за ним снизу вверх.

– Вот они с тобой и разберутся, и выяснят – виноват ты или нет.

Я знаю, что ты лжешь. И ты сам это знаешь.

– Я не делал ничего дурного…

– Иногда скрывать факты – это еще хуже, чем совершать злые поступки. Разве тебя этому не учили?

Он вдруг устало опустился на соседнюю лавку, рухнув на нее огромной живой кучей. Прикрыл лицо дрожащими руками и, судя по всему, постарался собраться с мыслями. Но волнение и несколько чарок спиртного не давали ему это сделать.

– Я просто выполнял свою работу… Я делал работу, это все!

– Какую работу?

Он убрал руки от лица и потянулся за бокалом.

В его глазах сквозил какой-то животный ужас, и мне подумалось на секунду, что знать то, что он сейчас мне расскажет – не такая уж завидная участь.

Капитан одним глотком осушил свой стакан, сложил огромные трясущиеся ладони на коленях и сделал судорожный сдавленный вдох.

– Мария… моя Мария проклята…

– Что ты несешь? Кто такая Мария?

– Мой корабль, «Тихая Мария».