Линкор «Дасоку»

Ватагин наклонился к Ясухире и прижался своим шлемом к забралу японца. Теперь они могли разговаривать только так, прижавшись шлемами.

Лицо японца находилось в десяти сантиметрах от лица русского. И снова, глядя Ясухире в глаза, Ватагин понял, что сделал правильный выбор.

– Главное – слаженность действий, – сказал Ватагин. – Запнемся на секунду – и от нас ничего не останется.

Ясухира молча кивнул.

Ватагин хлопнул японца по плечу, повернулся к скрин-навигатору, щелкнул переключателем связи и включил заранее записанный голос нито кайса Сакамото.

– Мы прибыли, генерал.

– Наконец-то, – злорадно прошипел голос сайтена. – Запомните, капитан, можно оттянуть неизбежное, но избежать его невозможно!

Ясухира болезненно поморщился, услышав выданный сайтеном афоризм, который он не иначе как сам придумал.

Ватагин снова включил запись.

– До встречи, генерал, – сухо произнес голос нито кайса Сакамото.

Тяжелая бронированная плита с нарисованной на ней цифрой «5» поползла в сторону.

Ватагин отдал команду разгерметизировать кабину челнока.

Нос челнока пересек рельс, по которому двигались створки ворот шлюза.

– Приехали!

Ватагин кулаком толкнул Ясухиру в плечо и дернул аварийный рычаг. Над головами камикадзе открылся прямоугольный проем, предназначенный для аварийного катапультирования. Однако система, которая должна была выбросить астронавтов из кабины, была предусмотрительно отключена.

Ясухира припечатал к приборной консоли детонатор с часовым механизмом, нажал клавишу пуска, дождался, когда на дисплее загорелись и стали сменяться цифры, и последовал за Ватагиным.

Теперь счет шел на секунды. Камикадзе должны покинуть шлюз одновременно с первым взрывом – только так сайтены будут уверены в том, что прибывших в челноке людей разнесло.

Челнок уже почти на треть корпуса вошел в шлюз. Ватагин пробежал несколько шагов по обшивке корабля, чтобы оказаться на уровне открытого створа ворот. Криогенщик давно не практиковался в беге в невесомости, когда точкой опоры является только магнитная подошва башмака, прилипшая к обшивке. Тело раскачивалось из стороны в сторону, будто тонкий стебелек цветка с тяжелым бутоном на ветру.