Антиваксер

– Посмотрел бы я на ваше настроение, будь вы на моем месте…

– Я вас и не упрекаю. Наоборот, восхищен вашей стойкостью! Отдыхайте, Август Мартович. Вам это сейчас нужнее всего.

Доктор вышел, прикрыв за собой дверь.

Август опустился в кресло. В голове беспокойно крутились мысли, сталкиваясь друг с другом, как листья в осеннем вихре.

Что произошло за эти тридцать лет? Что им нужно от него? Его гениальный мозг? Что ему грозит, если им не удастся им воспользоваться? Насколько хватит их терпения?

А если удастся? Что тогда?

Он обхватил голову руками и еле слышно застонал.

Он посидел так с пару минут, погруженный в свои страхи и опасения, а потом решительно выпрямился и сложил руки на груди.

Не время жалеть себя и охать – надо думать, как выиграть время и выбраться из этого райского местечка. А главное – куда.

Со стороны окна раздался шорох, легкий экран отогнулся и в щели показалось симпатичное женское личико:

– Привет! – шепотом произнесла незнакомка. – Ты один? Можно?

Август растерялся.

Визитерша не выглядела опасной, но способ, которым она пыталась проникнуть в палату, был явно незаконным. Не дожидаясь его ответа, девушка быстро перебросила ноги внутрь и спрыгнула на пол.

Август беспомощно оглянулся на дверь. Закричать?

Он стыдливо отмел эту трусливую мысль. Что ему, крупному мужику, может сделать эта пигалица?

Пигалица была невысокой, стройной, даже хрупкой, коротко стриженной брюнеткой лет 20, с огромными карими глазами, нетронутыми макияжем.

Август пригляделся и понял, что ресницы явно модифицированные, а размер глаз, скорее всего, откалиброван. В годы его молодости такие процедуры уже проводили всем желающим за довольно приемлемую оплату. Поэтому радость новизны быстро притупилась, и многие перестали корректировать природные данные. Однако, даже спустя тридцать лет, видимо, находились желающие.

Август снова удивился тому, что в его голове эта информация появилась легко и непринужденно. Словно и не было никакой комы и тотального провала в памяти.

Девушка нервно одернула задравшуюся светло-серую футболку, едва прикрывающую пупок на тонкой талии. Ярко-голубые джинсы плотно обтягивали тонкие, как у лани, ноги, а массивные белые кроссовки добавляли еще больше трогательности ее фигуре.

“Надо же, одеваются все так же, джинсы – вечны”, – поразительно спокойно отметил про себя Август, совсем перестав нервничать. В нем проснулся интерес:

– Ты кто?

– Тише! – шикнула гостья.