Начало

Значит, у них имелись все шансы выбраться из этой проклятой климатической аномалии. Правда, Осипов подозревал, что после этого приключения он долго будет недолюбливать зиму со всеми ее снегами, метелями и морозами.

– Так, может быть, и перестрелка у нас была не с «серыми», а с мародерами? – спросил он у Камохина.

– Я еще в состоянии отличить человека от «серого», – ответил тот, укладывая в рюкзак серебристые пакеты с армейским пайком.

– А «серые» – не люди?

– «Серые» – это «серые». Кто они такие, пускай вон Док разбирается.

Это по его части.

– Я еще ни одного «серого» не видел, – недовольно буркнул Орсон.

– Ну, будешь продолжать в квесты ходить, так непременно увидишь, – пообещал Брейгель.

– Что-то меня эта идея более не привлекает, – Орсон патетично раскинул руки в стороны. – Мне, как биологу, здесь нечего делать! Я даже труп вскрыть не могу!.. Да и зачем? И без того ясно, от чего все они умерли.

– Это первый квест нашей группы, – объяснил Камохин. – Можно сказать, тренировочный.

Поэтому и зона была выбрана, что попроще. Собственно, нам тут и делать-то нечего было, кроме как пакаль отыскать. И если бы не мародеры, тудыть их в грязь… Есть такие зоны, в которых биологам одно раздолье. Аномалии бывают не только климатические. Так ведь, Док-Вик?

– Пространство и время на пару сошли с ума. – Осипов закинул полупустой рюкзак за спину, защелкнул крепление на груди и попрыгал, чтобы проверить, хорошо ли подогнаны лямки. – И вытворяют, что хотят, не подчиняясь никаким законам и правилам.

Поскольку теоретически число возникающих разломов пространственно-временного континуума ничем не ограничено, то и вариантов того, что можно встретить в той или иной аномальной зоне, практически бесконечное множество. Наша зона, пожалуй что, действительно одна из самых простых и незатейливых возможностей невозможного.

– Значит, чисто теоретически, в одной из аномальных зон я могу встретить своего давно умершего прадедушку? – спросил Брейгель.

– Чисто теоретически, Ян, ты можешь встретить даже себя самого, – улыбнулся под маской Осипов.

 – Вот только практически вероятность такой встречи ничтожно мала.

– Нет, встретиться с самим собой я бы не хотел, – подумав, отказался от такой перспективы фламандец.

– А я бы встретился, – сказал Камохин.

– Зачем? Чтобы сказать самому себе все, что ты о себе думаешь?

– Чтобы понять, что я собой на самом деле представляю.

– То есть человек ты или «серый»?

– Скрупулезно подмечено, Док-Вик.