Водитель для Нины

Но провидцев в нашей семье не было, так что мы «ухнули» валютные сбережения и остались с обесценившимися рублями. Запретив себе даже думать о том, что было бы «если бы», мы постарались просто получать удовольствие от покупки и всей семьей подсели на «бродилки» и «стрелялки». С тех пор мы копим и храним деньги только в долларах, а последние несколько лет и в евро, и тратим их только в самых крайних случаях.

Говоря «мы», я сейчас немного приукрасила – небольшие сбережения есть только у моих родителей, а я пока коплю только долги на кредитке.

Пока я предавалась воспоминаниям, мы дошли до конца коридора, и Катюша толкнула дверь:

– Нинуля, здравствуй! Не помешали?

Полноватая брюнетка с длинными прямыми волосами подняла ладошку, одновременно приветствуя нас и призывая к тишине. Другой рукой она прижимала к уху мобильный:

– … всего хорошего, до свидания! – попрощалась она и улыбнулась нам. – Вы прямо вовремя! Вот, значит, кто меня с насиженного места прогнал?

Мне стало неловко, хотя я и не могла объяснить за что.

Нину переводят по каким-то внутренним причинам, но я, вроде как, соперница. Я открыла рот, намереваясь что-то сказать, но не успела, потому что Нина заливисто расхохоталась:

– Расслабься! Видела бы ты свое лицо сейчас! Пошутила я, это Филиппок – чудила, а ты тут вовсе не при чем.

– Нина, – предостерегающего начала Катя. – Не надо.

– А чего не надо? Я молчать должна? Нравится вам кланяться нашему шизику – на здоровье. Ты не знакома еще с его Величеством Филиппом Говноедовичем? – обратилась она ко мне.

 – Ах, ну да, его Светлость изволила отвалить в командировку.

– Не начинай, – вздохнула Королева. – У нас на Олю вся надежда, если она сейчас испугается и убежит, то придется вам с Разумовским друг друга еще пару недель терпеть.

– Я не пугливая, – встряла я.

– Угу, – согласилась Нина. – Удачи тебе тут. Я до жути счастлива свалить в архив, подальше от нашего цареголового. Кстати, меня Нина зовут. Тебя Оля, да? Можешь звать меня Нина Александровна! Шучу. Зови, как хочешь.

Сейчас, девочки, посидите две минутки, до тубзика добегу и пулей обратно.

Мы остались вдвоем.

– Оль, ты не обращай внимания, ладно? Лапина, на самом деле, очень любит свою работу. Просто у них с Филиппом… – она запнулась. – С Филиппом Олеговичем, мягко говоря, терки. Он любит все контролировать, а она у нас – человек свободный. На этапе, когда это направление требовалось развивать, нужен был как раз такой человек – умный, решительный, инициативный.