Будь моей игрушкой

Спиной Дженни ощущала взгляд демона. Он прожигал сквозь одежду, как два прицельно выпущенных огненных луча.

– Что-то ты долго детка. Тебе помочь?

– Не надо.

Пуговички поддавались неохотно, будто разделяли нежелание Дженни обнажаться. Наконец, последняя уступила, девушка повела плечами и платье упало к ногам. Она переступила через него, все еще чувствуя взгляд демона, словно прикосновения горячих ладоней к коже.

– Повернись, я хочу тебя видеть.

– Обойдешься! – прошипела она. И сжалась в следующее мгновение, ощутив его присутствие за спиной.

– Я все равно тебя увижу, Дженни-почти-волчица, – промурлыкал демон ей на ухо, вкрадчиво и почти нежно. – Буду смотреть на тебя весь вечер. И только от меня зависит насколько станут распускать руки все остальные, так что ты уж будь поласковей.

От звуков его голоса и ощущения горячего дыхания над ухом по коже побежали мурашки. Дженни почувствовала, как мужские руки смыкаются у нее на талии. Пальцы скользнули по крючкам бюстье, освобождая девушку из плена жесткого белья, словно мимоходом погладили живот, и от этих прикосновений внутри что-то сладко вспыхнуло, а по телу растеклось странное томление.

– Ты что делаешь? – потерянно пробормотала она, пораженная не столько даже фривольными прикосновениями, сколько своей реакцией на них.

– Помогаю тебе раздеться, – он шумно вдохнул над ухом. – А ты не такая уж льдышка, детка. Может, развлечемся, пока вечер не начался?

Эти слова вырвали девушку из непонятного оцепенения.

– Отвали от меня, урод! – она резко вырвалась из объятий и шагнула вперед.

– Трусы тоже нужно снять, – подсказал за спиной глумливый голос.

– Знаю, – процедила Дженни.

Развлекается, сволочь.

Стараясь не думать о том, что только что произошло, она отцепила штрипки. Со злости дернула тонкую ткань, оставив на крае чулка некрасивую зацепку, которая грозила превратиться позже в дыру. Все из-за него, демонюки проклятого!

– Слушай, а у тебя шикарная попка и ножки тоже ничего.

Нет, она не будет отвечать. Вообще не станет с ним разговаривать, пусть глумиться сколько влезет!

Злость помогла вернуть утраченное душевное равновести. Все еще не поворачиваясь к Рауму, девушка скатала чулки, отстегнула пояс и бездумно швырнула их на кровать, оставшись в простеньких белых трусиках. Темно-рыжие кудри спускались до талии, прикрывая спину от бесстыжего взгляда демона.