Будь моей парой

 – Как я уже говорил, мы гарантируем клиентам полную конфиденциальность. Но судя по всему, это были люди от вашего… кхммм… молодого человека?

– Он не мой… – вяло попробовала возразить Дженни. А потом сникла. – Да… скорее всего.

Раум же говорил, что “приглядывает” за ней. И вряд ли демон занимался этим сам. Скорее всего, какие-то нанятые им детективы.

– Но… вы ведь им не сказали?!

– Нет, конечно, – целитель нахмурился. – У нашей службы безопасности налажен жесткий контроль за всеми подобными случаями.

– Этого недостаточно, – пробормотала она.

– Вы уверены, что хотите скрыть это от своего молодого человека? – уточнил Мактулл.

– Я уже говорила – он не мой. И да, конечно, я хочу скрыть! Еще не хватало, чтобы Раум… – при мысли, что демон может узнать об абсолютной власти, которую злая шутка природы подарила ему над Дженни, девушку снова затрясло.

– Но вы пошли на первую привязку. Значит, он вам небезразличен.

– Что?!

– Первая привязка, – терпеливо, как ребенку, пояснил доктор. – Обручение, когда пара обменивается кровью. Чаще всего перорально. После ритуального обмена гормональный статус партнеров подстраивается друг под друга. Это усиливает влечение и увеличивает вероятность зачатия. Хотя… в вашем случае подстройка, скорее всего, будет односторонней. У демонов нет истинных пар, следовательно нет и соответствующих инстинктов.

– Обмен кровью?! О, Богиня! – Дженни схватилась за голову.

Ну да. Демон же тогда зализал ранку на ее теле. А потом напоил своей кровью. Она даже не сопротивлялась – вот дура-то!

Истинная пара… А ведь это все объясняет! Ясно почему она превращается рядом с Раумом в покорную глину – лепи что хочешь.

От этой мысли стало как-то легче. Это не Дженни долбанутая извращенка, это просто взбесившиеся гормоны. Проклятая физиология оборотня, доставшаяся от матери. Нет бы что полезное унаследовать…

– А что дальше? – выдавила девушка, чувствуя себя морально раздавленной, просто уничтоженной.

Целитель кивнул.

– Есть. Это секс. Не обряд в храме, а именно близость делает пару супругами перед луной и солнцем, ветрами и степью.

– У Маккензи говорят “луной и горами”, – зачем-то вставила Дженни.

– Вербальная формула может меняться, но смысл неизменен. Обряд в храме нужен скорее для других рас, чтобы утвердить союз в глазах официальных властей.