Ты мои крылья

Он кивнул.

– Вы можете убрать его?

– Могу. Но ситуацию это не исправит. Последний раз сигнал был зафиксирован в этом районе. На месте ди Небироса я бы после пропажи утроил усилия и проверил каждый дом. Нет, я сделаю умнее…

***

На следующий день предательская бабочка покинула дом Равендорфа. Наложенное заклинание рассеивало сигнал и по-прежнему не давало установить ее точное местоположение, но не мешало фиксировать вектор перемещения. Для наблюдателя, следившего за маяком с помощью сканирующих чар, это должно было выглядеть, как спешный отъезд Наамы из пригорода.

Бабочка добралась до центрального вокзала, где и осела в руках карманника, стянувшего ее с головы спящей в зале ожидания женщины. Дальнейшая судьба женщины терялась где-то в паутине бесчисленных железнодорожных путей, сетью вен и капилляров пронизывающих Империю, и отследить ее не представлялось возможным.

– Думаете, он в это поверит? – с сомнением спросила Наама, когда Торвальд набросал ей свой план.

Тот пожал плечами.

– Это лучшее, что мы можем сейчас сделать, чтобы увести ищеек от этого района. Но я бы все равно на вашем месте не стал рисковать и покидать этот дом в ближайшее время.

– Как долго?

Изначально Мэл говорил о двух неделях. Но это было до того, как ее небрежность привлекла к дому сыщиков Андроса.

– Месяц. Возможно, два-три.

Еще три месяца взаперти, вздрагивая от каждого шороха?! Ей захотелось завыть.

Выражение ее лица не укрылось от Торвальда.

– Вам так плохо в моем доме?

Не плохо.

Дом напоминал самого Равендорфа: удобный, лишенный внешнего лоска и пафоса. И таящий в себе опасные секреты, как выяснилось.

Плохо было от постоянно снедающей душу тревоги. От страха перед окнами и соседями, ощущения себя внутри осажденной крепости. И от неприятного понимания, что с каждым проведенным здесь днем ее долг перед бывшим безопасником неуклонно растет. Непонятно, чем и как возвращать одолженное.

– Ваш дом не хуже любого другого, скорее даже лучше, – с грустным смешком ответила Наама.

 – Проблема во мне. Я так устала быть слабой, – против воли в голосе прорезалась звериная тоска. – Все на свете отдала бы за возможность снова принимать боевую форму.

Странно, но Равендорф вздрогнул и виновато отвел взгляд.

ГЛАВА 4

Наама медленно спускалась по лестнице. Магическое освещение не работало, но несмотря на окружавшую демоницу тьму, она отлично видела полированные немного вытертые ступеньки и покрытые лаком перила.