В ловушке страсти

Все мысли вылетели из головы, я просто стояла и смотрела на мужчину рядом, загипнотизированная ощущением опасной буйной силы и красоты, исходящим от его обнаженной фигуры.

Дэмиан был красив и без одежды. Кожа, светлая как у всех рыжих, чуть отливала золотом, четко прорисованные мышцы под ней притягивали взгляд. Узор шрамов казался татуировкой, загадочными письменами на теле. Почему у него шрамы? Разве на демонах не заживает все в считаные часы?

Все, кроме ранений, оставленных мечом анхелос. Но эти кривые полосы больше походили на следы когтей хищника.

Я опустила взгляд ниже, на рельефный живот, узкие бедра. И ту часть его тела, которую ди Небирос сначала уничижительно назвал “малышом”, а потом возвеличил до “дракона”…

Ну… насчет дракона он себе, конечно, польстил, но размер впечатляет. По крайней мере в спокойном состоянии.

Щеки вдруг запульсировали, и во рту резко пересохло. Я облизнула обветренные губы. Богиня, чем я занимаюсь?! Подглядываю в душевой за моющимся парнем. Тем самым парнем, которого я еще утром обвиняла в попытке изнасилования.

Надо уйти! Немедленно, пока он меня не заметил!

Я уже подалась назад, и в этот момент демон открыл глаза и посмотрел на меня в упор.

***

– Что, нравлюсь? – с насмешкой спросил он, нисколько не стесняясь своей наготы.

И поморщился от боли. Подписанный на крови договор действовал, и сейчас ди Небироса наказывала за нарушение клятвы его собственная магия.

Я опустила взгляд, чувствуя, как горят щеки. Было стыдно, словно меня поймали за чем-то непристойным, вроде рукоблудия.

Откройся передо мной портал, ведущий в бездну, я бы шагнула в него, не раздумывая, лишь бы избежать этого разговора.

– Извини… я думала тут никого нет.

– Врешь!

Демон шагнул (нет, даже не шагнул – вытек) из-под душа и встал, преграждая выход.

– Ты пялилась на меня пять минут, принцесса.

Что? Он все видел?!

Я думала покраснеть еще больше невозможно, но у меня получилось.

Нет, я совсем не трепетная девственница, и голых парней повидала предостаточно.

Но сама ситуация была дикой, вызывала смятение, замешательство. Меня поймали за подглядыванием, да не кто-нибудь, а ди Небирос, перед которым я глубоко в душе чувствовала себя виноватой, и которого ненавидела, как любого насильника…

И к которому меня так странно необъяснимо тянет.

Никогда не влипала в подобное раньше. Что сказать ему? Как правильно повести себя?

– Извини, – глупо повторила я. – Я просто растерялась.