Пауза

– Да уж, – папенька пододвинул ко мне порцию дымящегося черного напитка, – нехило ты набрался: девчонка вон ночью приехала, и то не заметил.

– Спал,– помотал головой Кейн, навалившись на стол локтями, – и продолжу, если вы сейчас на охоту.

– Ну, ты чего?! – возмутился Тревор, искренне расстроившийся такой перспективой.

– Ничего, завтра я, наверное, с вами, а сегодня отсыпаться. Неделя та еще была.

Отец выхлебал шумно собственную порцию бодрящего напитка и махнул рукой.

– Пусть его, Кит, пусть ленится, потом наверстает.

Кстати, через два дня и Идальго должен подтянуться. А ты, дочь, кстати, не хочешь? Ты ж ни разу на нормальной охоте не была?

Бургомистр Идальго, полковник наемников, вышедший на пенсию, был по идее моим другом, мы вместе с ним управляли небольшим приморским городком со смешным названием Дай-Пивка. Но с батей они поладили с первого взгляда. Ну, или с первой кружки, возможно. Короче, бургомистр легко вписался в эту живописную компанию, хоть и не был дворянином.

– Не-е-ет, – покачала я головой, отпивая глоток из чашки и наслаждаясь вкусом, – спасибо, у меня отпуск, мне прошлого месяца хватило за глаза: теперь спать и дышать воздухом, планы такие.

Немного мирной жизни.

– Да? – недоверчиво поднял одну бровь отец. – А ты, кстати, откуда? Из дома? И почему одна приехала?

– Да я из Ронда, мы с Тай на дне рождения были. Вот решила от шума передохнуть.

– Это у кого?

– У графа Майса.

– А-а-а… А чего одета не празднично?

Я пожала плечами.

– Отвыкла от платьев.

С одеждой выходил некий казус. Мне, как магу, вообще-то полагалось носить мантию, но магом я больше не была. Зато у меня в столе лежал наемничий патент, позволявший мне появляться в официальной обстановке в мундире. Рубаха со штанами – совершенно неприличный вариант для женщины, но тут тоже был один нюанс. Полгода назад некий маэстро Филличио поставил в столице пьесу, якобы про меня, и так вышло, что примадонна там с моей же легкой руки щеголяла именно в такой одежде.

Столица сочла это забавной экстравагантностью и в неофициальной обстановке лично для меня такой вид стал восприниматься нормальным. Чудачеством, но скорее, эдакой сумасбродностью, нежели откровенным бунтарством.

– Ладно, Воробей, – он потрепал меня по макушке, – не настаиваю, тогда отдыхай и развлекай пока Кейна.

Я едва заметно ухмыльнулась от такого предложения, невольно вспоминая, какие твердые у него мускулы и жесткие губы. Виконт заметил и чуть нахмурился.