Пауза

Схожесть названий – не случайна; во времена, когда вся Ойкумена была объединена одной империей, провинции и их столицы носили названия по фамилиям десяти герцогов, а окончание «ар» означало, «самый». Самый центр Найса – Найсар. И вот, империи давным давно нет, а названия стран, которых осталось только восемь, и их столиц сохранились. Пример удивительного конформизма жителей, если хотите. Здесь, на севере было куда прохладнее, и я с невольно благодарностью взглянула на виконта, кутаясь в выданный мне плащ.

Возле «Лилии» нас никто не заметил, место перемещения было удобное: на заднем дворике, позади густых зарослей цветущей золотой акации.

Тропинка, выложенная желтыми плитками вилась по мокрой от росы траве к зданию, и никого по дороге мы не встретили. Зато управляющий в холле гостиницы нас явно узнал и весьма несмело улыбнулся. Худой темноволосый мужчина с карими грустными глазами сеттера в строгом камзоле шоколадного цвета, отделанном красной строчкой. Наш визит заставил всю грусть мира отразиться в его взгляде.

– Господа! Э-э-э… желаете завтракать? Или, простите, может, сразу коньяка?

Кейн чуть нахмурился такому приветствию, но почти сразу сдался.

– Завтрак поплотнее, и коньяк давай.

– Сюда, господа, прошу. Этот столик вас устроит? Прекрасно!

– Спасибо.

Мы опустились в удобные плетеные кресла с мягкими подушками за покрытый светло-желтой скатертью круглый столик, украшенный букетом распустившихся золотых шаров в серебряной вазочке. Уютно. Больше в зале небольшого ресторана пока никого не было.

– Надеюсь, у вас все э-э-э… хорошо? – взгляд карих глаз управляющего метался между нашими лицами, как пойманный перевернутым стаканом мотылек: испуганно и бестолково.

– Да, благодарю, – кивнула я, просто чтобы что-то ответить.

– Господин виконт, надеюсь, коньяк вам понравится. Это Каллинойский, двенадцать лет. Нам привезли только сегодня утром, ваш любимый.

– Мой? – с подозрением в голосе осведомился виконт.

Вряд ли управляющего можно было заподозрить в телепатии.

– Вы вчера просили именно его…

О как. Мне захотелось рассмеяться и выругаться одновременно. А еще я испытала невольное удовольствие, наблюдая за выражением лица моего спутника в этот момент. Вот тебе и нотации. Впрочем, теперь все еще больше запуталось.

– Его? Стоп. Вчера?

На дне карих глаз служащего, поднятой со дна торфяного пруда неосторожным движением мутью, колыхнулась явная тревога.

– Да, господин виконт.