Пестрая бабочка

За миг я вспомнила события вчерашнего дня: уехавшего непонятно куда Дэвлина, громоподобного бургомистра и секретаря непонятной видовой принадлежности. Нет ничего приятнее вставать именно так: потянуться сладко и рывком вскочить с кровати, когда сила и жажда деятельности переполняют отдохнувшее тело. При нормальном дневном освещении комната произвела еще лучшее впечатлении – стены обиты нежно-зеленой тканью, аккуратные пуфики и изящные столики, ну и, конечно, огромное старинное трюмо, на которое Аделаида уж успела расставить всю мою косметику.

Видимо, бургомистр постарался с мебелью? Больше некому. Раньше же ведь здесь жил мужчина. В любом случае, было тут хорошо.

Завтракала я снова одна – нарушения этикета Барри не потерпел бы, а шокировать его сразу мне не хотелось. Он аккуратно присутствовал рядом, в таком же отглаженном камзоле, но черного цвета, коротко отвечая на мои вопросы, а они касались, в основном, бывшего хозяина поместья.

– Мэтр Дариус был исключительным человеком, – заметил дворецкий, рассматривая что-то, видимо, крайне любопытное, на стене в метре над моей головой, – исключительный, мэтресса.

Аккуратный во всем, ответственный, но, сами понимаете, маг… Очень могущественный маг…

– И что? – полюбопытствовала я, поедая кусочек аппетитно зажаренной куропатки.

– Я никогда не интересовался его экспериментами, но… иногда они были… странными.

– Что вы имеете в виду?

– Он исчезал на много дней, иногда в башне начинали светиться какие-то огни… Сами понимаете, подробностей я не знаю, но во всем, что касалось дома, он был отличным хозяином.

– Понятно. А что на счет Дика?

– Простите?.. Ах, да, Дика, а что вас интересует?

– Мэтр Дариус не пытался как-то помочь ему?

– Он с помощью чар обучил его читать и считать, – Бэрри задумался, – и писать немного. Надо сказать, что определенных успехов он достиг, однако, что можно поделать с природой?

– Есть у меня одна идея, – проговорила я задумчиво, и дворецкий посмотрел на меня немного настороженно.

Это была первая тень эмоции, которую я увидела на его лице. В остальном он был безупречен.

– Вам виднее, мэтресса.

На десерт было нечто воздушное, сливочное и фруктовое. Казалось, взяли облако засахарили, накидали в него клубники и слегка подрумянили в печи, чтоб появилась нежная хрустящая корочка. Зато под ней – сочетание нежной сладости и сочности ягод. Изумительно. Никогда не пробовала ничего подобного даже в лучших ресторанах Дайсара.