Ты – мне, я – тебе

Вытянув свои длинные ноги, она стала любоваться итальянскими туфлями. Переплетение полосок крепило подошвы и высокие тонкие каблуки. Перед ней вырос посланный Шиллером ассистент.

– Мадам, счастье оказаться рядом с вами заставляет меня терять голову.

– Держите ее, молодой человек. Вы очаровательны.

– Моя мать, говоря о вас, часто…

Это было ужасной ошибкой: он намекнул на принадлежность к другому поколению.

– Я этому рада, – сказала она. – Но куда же подевался Рудольф?

– Сейчас подойдет, мадам. Моя мать также говорит…

Чтобы она сдохла, эта мать, со своими воспоминаниями, которые так старили ее!

– Она рассказывала мне о фильме «Лунная соната»…

Гнев нарастал.

Фильм «Лунная соната» был снят двадцать лет тому назад. Она добилась, чтобы этот фильм был вычеркнут из репертуара музея киноистории.

Растерявшись без Элизабет, Шиллер позвал на помощь другого своего ассистента по имени Дон.

– Ходи от группы к группе, спрашивай, не нужно ли чего-нибудь еще. Элизабет Кларк уехала по семейным делам.

Извинись за нее. И не оставляй Сольвейг надолго с этим идиотом… Слушай, не ты ли пригласил сюда эту блондинку?

– Она очень фотогенична, – сказал Дон. – Восхитительный профиль, густые волосы, тонкий нос, длинные ресницы… Я подумал, что она будет вам интересна в роли наркоманки в «Потерпевших кораблекрушение». Простите за то, что перебиваю вас, но есть звонок по вашему сотовому телефону. Возьмите, там указан вызывающий вас абонент.

Шиллер воскликнул:

– Это из дома!

Он перезвонил домой.

Ему ответил телохранитель Тимоти.

– Господин Шиллер?

– Да. В чем дело? Что случилось?

– Тимоти сегодня ночью плакал, сэр.

– Мой сын плакал?

– Да. Горничная сказала ему глупость.

– Что?

– Она ему сказала: «Уж лучше иметь мать в маленькой комнате, чем кучу игрушек в зале для игр. Тебе не хватает матери. Она бы приехала к тебе, но ей это запрещено…»

– Эту гадину надо вышвырнуть вон.

– Нет. Она сказала это не по злобе. Она говорит…

– Что еще? – побледнев, спросил Шиллер.

– Тимоти заплакал и убежал в свою комнату Шиллеру надо было переварить эти новости. Печаль ребенка очень его огорчила, равно как и внезапный уход Элизабет Кларк. Семейные проблемы? У Гаррисона снова случился сердечный приступ? Что же на самом деле вынудило ее скрыться с ею же организованного приема? Он вернулся к Сольвейг и протянул к ней руки.

– Пойдем, дорогая. Твои почитатели ждут тебя.

Она была огорчена, но быстро утешилась.