Знойная пустыня

Поездки Мари-Софи к своей матери превращались в праздники. Со смертью дочери она, возможно, потеряет и своего компаньона. Во всяком случае, она требует вашего присутствия. Она приедет потом инкогнито на могилу своей дочери. Чтобы быть уверенной в сотрудничестве с вами, она вышлет деньги вам в Париж. Вы найдете по прибытии в Париж сорок пять тысяч долларов на вашем счете.

Я почувствовал себя необычайно важным. Впервые в жизни нуждались во мне. Тем лучше.

– А парижская тетушка?

– Я и ей позвонил.

Она смирилась. Она солидарна с сестрой и не сделает ничего, что могло бы ей не понравиться. Атмосфера у нее будет тяжелой… Перед нами целая серия трудностей. Не следует забывать, что смерть сестры ставит Дженнифер в положение и привилегированное, и опасное. Отныне она единственная наследница всего богатства фон Гагенов.

– Это трагично, но с юридической точки зрения нормально, не так ли?

Он покачал головой.

– Здесь ничего нормального нет. Речь идет не о мещанах, чье богатство известно с точностью до сантима.

Есть разветвления, требования, разные интриги, секреты.

Я наклонился к нему:

– Повреждение автомобиля…

Гарри нервно ответил:

– Брак производства…

– На «порше»?

– Вы правы, – сказал он мрачно, – такого не бывает. Фон Гаген хочет поддержать идею несчастного случая и замять разговор о браке. Он потребует прекратить расследование, он опасается газетчиков. Никакой скандал или подозрение не воскресит Мари-Софи. В последний момент я воспрепятствовал по телефону вскрытию.

Он встал с кровати. В своей некрасивой пижаме он ходил взад и вперед по выцветшему ковру.

– У меня все же есть еще ресурсы, – сказал он. – К счастью. Гнев придает мне силы, несчастье добавляет кислорода. Назовите, пожалуйста, ваш банк…

Вырвав из записной книжки листок, я написал на нем номер моего счета и адрес банка.

Гарри аккуратно убрал бумажку, после чего сел в кресло возле меня.

– Дам совет. Постарайтесь завоевать симпатию Валерии.

– Мы обменялись только несколькими словами.

– Она очень сердечна, симпатична, энергична.

Я пожал плечами.

– Все это меня не касается. Я, наверное, никогда ее больше не увижу.

– Кто знает? – сказал он скорбно. – Если вы согласитесь работать со мной, вы обязательно окажетесь втянутым в этот семейный лабиринт… Валерия ждет своего часа. Если, к несчастью, вторая супруга, Элизабет, исчезнет – а мы все смертны, – граф женится на ней.