Игрушка по контракту. Право на любовь

 – Но типы сомнительные, кое-кто фигурирует в базе данных по статье «бандитизм», – добавил он. – Серьёзные братки. Как найду, кто их крышует, сразу перезвоню.

– Хорошо, – Алексей кивнул. – Вась, не снимай наблюдение, – попросил Каменев. – Не нравится мне всё это.

– Мне тоже, – серьёзно согласился следователь. – Девочка чистая, обе чистые, нигде ни в чём не числятся и даже свидетелями не проходили. Не думаю, что кто-то из них замешан в этом грязном деле.

– Напрямую, может, и нет, – протянул Алексей и прошёлся по кухне.

 – Но кто-то из них может быть косвенно связан с теми, кто замешан, – осторожно намекнул он, пока не уверенный в своих подозрениях насчёт Самойского.

– Кстати, вчера к Лиле приезжал некто Глеб Самойский, – словно угадав, о чём думает Лёша, добавил Василий. – По крайней мере, джип по номерам принадлежит именно ему.

Каменев подобрался, изнутри раскалённым языком лизнуло раздражение.

– И зачем он приезжал? – медленно спросил Алексей.

– Понятия не имею. Ждал во дворе, она спустилась к нему, посидела в машине, потом вышла и вернулась домой, – отрапортовал следователь. – Может, разговаривали о чём-то, Лёш, не знаю.

– Угу, разговаривали, – пробормотал хмуро Каменев, уверенный, что… не разговаривали.

Неужели между Лилей и Глебом что-то есть? И с согласия ли девушки это что-то вообще?

– Ладно, Вась, спасибо, – чуть громче сказал Алексей. – Держи меня в курсе тогда.

– Обязательно, Лёх.

Хороших выходных, – и следователь отключился.

Каменев повертел телефон, сунул обратно в карман и направился в ванную – из спальни пока не доносилось ни звука, Лиля спала ещё.

Я нехотя выплывала из сладкой полудрёмы, пытаясь понять, что меня разбудило. Какое-то смутное тревожное ощущение, как будто я что-то забыла вчера… Шумно вздохнув, я потянулась, не открывая глаз, и поняла, что лежу в постели одна – Алексея не было. Из ванной доносился шум воды, и мелькнула запоздалая мысль, что запасной бритвы у меня нет, ведь Каменев – первый мужчина, побывавший в моей квартире.

Вспомнила вчерашний вечер и не сдержала мечтательной улыбки, продлевая эти чудесные мгновения перед тем, как вернуться в суровую реальность. Потому что в голове красной лампочкой вспыхнула следующая мысль: телефон. Я же вчера его так и не включила, и он лежит в сумочке, а последняя где-то в коридоре осталась, где я её бросила.