Любовь на спор

Он усмехнулся и провёл языком по этому манящему рту, обещавшему море удовольствия, и от одной только мысли мышцы внизу живота завязались узлом, а в горле пересохло. Крепко ухватив волосы Каролины, Гриша чуть оттянул её голову, дразня быстрыми, лёгкими поцелуями, пока вторая рука уверенно переместилась с попки вперёд, между их разгорячёнными телами. Его пальцы раздвинули нежную плоть, мягко провели, безошибочно найдя уже набухший бугорок, и погладили, отчего зрачки Каролины резко расширились, а дыхание сорвалось.

– Поиграем, малышка, – вкрадчиво ответил он, продолжая ласкать ведьму.

Да, Каро предпочитала доминировать в постели, Григорий знал об этом, но… Лишь некоторым мужчинам она позволяла быть главными, признавая и силу. И братья Северовы первые в этом недлинном списке. Каролина тихо всхлипнула, прикусив губу и подаваясь бёдрами навстречу его пальцам, её ладони упёрлись в его плечи, а ноготки царапали и через ткань рубашки, причём весьма чувствительно. Но Григория это только сильнее заводило.

Неотрывно глядя в затуманенные глаза ведьмы, он мягко нажал на клитор, поглаживая головкой упругий вход и не торопясь проникать. Каро судорожно вздохнула, дёрнувшись, стиснула пальцы на его плечах, и краем уха Григорий уловил тихий треск – кажется, рубашка безнадёжно испорчена… Но он лишь самодовольно ухмыльнулся, упиваясь властью над ведьмой, и скользнул губами по её приоткрытым губам.

– Садись, Каро, – повелительно произнёс он, продолжая круговыми движениями ласкать чувствительную точку, то медленно, то усиливая прикосновения.

Каролина длинно застонала, выгнувшись, и рывком насадилась на горячий член, принимая в себя до конца, сжимая упругими мышцами. Григорий шумно выдохнул, удерживая её за бёдра, не давая перехватить инициативу, и усмехнулся:

– Покатаемся, детка.

И первый сделал резкое движение вперёд, проникая ещё глубже. Каро издала тихий возглас, послушно подстраиваясь, на её покрытом бисеринками испарины лице отразилось блаженство, и Григорий ускорился, не желая затягивать игры.

Возбуждение требовало удовлетворения, а застревать у ведьмы надолго младший Северов не планировал – не после того, как выяснилась загадочная подробность о Виктории.

Всё так же придерживая Каролину и контролируя движения, Григорий ускорил ритм, вбиваясь в податливую, горячую глубину, его дыхание сделалось хриплым и тяжёлым, а Каро стонала без перерыва, царапая его плечи и изгибаясь всем телом.