Отбор для босса. Скромница

Вспомнилось, как вчера Смычковский осадил Татьяну, когда она попыталась вместо меня принести чай, и мысленно усмехнулась. Ну-ну. Ещё одна, считающая себя всех хитрее и умнее. Я подошла к своему столу, достала папку с документами на подпись и только потом ответила:

– Александр Михайлович отличается хорошей памятью и обычно знает, что кому поручал.

– Так, ты со мной не спорь, а делай, как я говорю, – чуть нахмурила идеально очерченные брови дама – даже не представилась, кстати, и моё имя не спросила.

Ладно, как хочет. У меня и так хватает работы. Я пожала плечами и подошла к шкафу с кофейным автоматом, достала чашку, как напарница тут же оказалась рядом.

– Я сама всё сделаю, иди, – покровительственно кивнула она. – Какой кофе он предпочитает?

Велик соблазн был дать неверные сведения, но я – не Татьяна. Эта, новенькая, и так огребёт.

– Чёрный, со сливками отдельно, сахар тоже, – коротко ответила и вернулась к столу, взяв папку с документами и просмотрев их.

Напарница покосилась на меня, поставила делаться кофе и подошла к столу, бесцеремонно вырвав папку из моих рук.

– Это тоже отнести? Я сделаю, – кивнула она и вернулась к кофе-машине.

В приёмной воцарилась тишина. Я занялась разбором почты и прочими делами, которые наметила себе ещё вчера, самоуверенная девица, сделав кофе, с видом победительницы направилась в кабинет, нацепив на лицо любезную улыбку. Каюсь, я даже оторвалась от компьютера, замерев в предвкушении и прислушиваясь к звукам в кабинете.

Эх, жалко, Смычковский голос не повышал! Я услышала только, что он что-то сказал даме, и спустя несколько секунд она вышла, с поджатыми губами, недовольным лицом и пятнами румянца на щеках. С подносом с кофе и папкой. Смерила меня взглядом, казалось, что-то хотела сказать, но не успела: из кабинета выглянул сам шеф.

– Олеся Викторовна, прошу в мой кабинет, – коротко произнёс он и добавил с едва заметной усмешкой в уголках губ.

 – С кофе и бумагами. Веронике Валерьевне я все необходимые указания дал.

Кивнув с невозмутимым лицом, я забрала у молчаливой Вероники – теперь хоть имя её знаю, – многострадальный поднос и папку, и вернулась в кабинет. Поставила чашку, положила бумаги перед Смычковским, стараясь не смотреть на него.

– Почему вы позволили Веронике за вас выполнить моё поручение? – спросил вдруг он, и я едва не подскочила от неожиданности.