Переворот

Юноша изумился, но не смел перечить матери. Он мигом убежал и вернулся с клинком. Женщина обхватила клинок двумя руками и прижала к груди:

– Ты же не думаешь ослушаться приказа? Она должна умереть от яда.

– Он об этом не узнает. Ему нужна только голова. – глядя на королеву, ответила Шьяма и обратилась к ней на её языке: – Хотите я сделаю это прямо сейчас? Хотите? Хей! Она молчит! Кажется она перестала дышать. Проверь, дышит ли она?

Юноша сдвинул грязные слипшиеся волосы с лица королевы:

–Не слышу. Вроде нет.

–Всё-таки отмучилась. Бедняжка. И так продержалась долго.

–Холёная, потому и здоровье крепкое, хотя если бы крепкая была– выжила.

–Прекрати! Что бы ни сделала она, такой смерти я бы ей не пожелала.

–Она убила своего сына руками племянника, а тот её отравил – нашими. Вполне всё справедливо.

–Не могу поверить в это. Зачем? Это же её сын. – задумчиво произнесла женщина. – Ну да ладно. Нам, простым людям, не понять их, королей. Пойду подготовлю всё, чтобы вымыть тело.

–Ты хочешь её похоронить? Ты спятила?!

–Я не смогу принести Азгуру её голову.

Если у тебя хватит смелости, можешь отрезать её сам. Раньше меня отправляли просто отравить человека, но не следить за тем, чтобы всё действительно свершилось. Я впервые наблюдала смерть от начала до конца. Я должна похоронить её надлежащим образом, несмотря на то, что она убийца своего собственного сына. Можешь так и передать ему. Если он хочет убедиться в её смерти, пусть приходит сюда.

– Сначала ты хотела облегчить смерть клинком, говоря, что Азгуру нужна только голова.

Но вот, к счастью, она представилась. Но теперь ты не собираешься отрезать ей голову, а намеренна похоронить. Ты спятила?! Ты понимаешь, что такое неповиновение приказу равно измене?

– Задеть самолюбие мужчины и есть самое страшное преступление? Ну что ж, значит такова моя судьба. Тем лучше. Я не смогу подчиняться сопляку, который годиться мне в сыновья, с ущемлённым самолюбием и нездоровой жажде к крови. Уж сколько лет я убиваю людей, но такой любви к мучениям людей я не испытывала никогда.

Я должна её похоронить. В её стране хоронят, так?

–Так. – сухо ответил юноша. Ему не нравилась эта идея. Но то, что произошло дальше, не понравилось уже не только ему, но и его матери.

Неожиданно юноша исчез тем же днём на несколько дней.

Плата за доброту

Перед ним стояла совершенно непривлекательная девушка: маленького роста, тощая, без каких-либо признаков наличия женских прелестей, угловатая.