ЗаБить. Часть вторая

– Ну что, Феликс, с тебя почётный тост, как с лучшего друга моей любимой племянницы, – разливая в стаканы виски, громко сказал дядя Коля, и Феликс, тут же взглянув на Алексу, поднялся с места и, улыбнувшись, совсем как церковный послушник, обратился к Марии.

– Сначала я хотел бы обратиться к вам, Мария Ивановна… – его рука, обхватившая бокал, слегка дрогнула. – Благодаря Вашей дочери, я понял, что в мире существует такое понятие, как везение. Мы дружим уже три года, и мне действительно несказанно повезло, что в моей жизни появился такой драгоценный человечек.

Она отличается ото всех, с кем мне довелось когда-либо сталкиваться по жизни. Ни единого раза мне не пришлось усомниться в нашей дружбе. Ближе и роднее Алексы у меня нет и никогда не было. Всё время, проведённое с ней, я ценю, как самое большое богатство. На сегодняшний день для меня нет ничего важнее, чем укрепление нашей дружбы, вне зависимости от складывающихся обстоятельств.

Глаза Алексы заслезились.

– Поэтому за всё то, что сейчас у меня есть, я должен благодарить Вас.

Спасибо Вам огромное, Мария Ивановна, за Вашу дочь!

На этих словах глаза Марии вспыхнули, а губы изогнулись в напряжённой линии недовольства и замаскированного презрения.

– Ты неправильно формулируешь свои мысли, Феликс… – задетая его словами, Мария не сдержалась. – Что значит «спасибо мне за дочь»?! Ты так говоришь, будто я тебе её только что подарила!

– Мама… – укоризненно прервала её Алекса, – Феликс просто говорит то, что чувствует.

– Неужели? – тут же завелась она, и маска холодной сдержанности и высокомерия слетела, уступая место взбешённой женщине. – Зачем мне говорить «спасибо за Вашу дочь»? Я что, столько лет воспитывала её ради того, чтобы услышать от кого-то «спасибо»?! Начнём с того, что я свою дочь никому не продаю и никому не отдаю, чтобы мне говорили за неё «спасибо»!

Сама же Алекса, быстро анализируя происходящее, не увидела в словах Феликса ни дурного подтекста, ни желания оскорбить, и поэтому со всей преданностью смотрела на него в тот момент, когда он беззлобно рассмеялся.

Гости, наблюдавшие за настроением Марии, тактично молчали, не вмешиваясь в эти сложные взаимоотношения, столь очевидным образом проявившиеся в простом поздравлении.

– Я лишь хотел подчеркнуть, что Ваша дочь оказалась первым человеком, с которым я сблизился, приехав в этот город, – продолжил Феликс, не оправдываясь перед её замечанием.