Ведьмин долг

«Сейчас она скажет, что я перегрелась, мы вместе посмеёмся, и я со спокойной душой вернусь домой, где меня окончательно угробят!» – думала я, стеснённо поглядывая на недоумевающую подругу.

– Так, о чём говорили твои отец, тётя и дядя? – я медленно вздохнула и с закрытыми глазами предала тот диалог почти в точности. Когда я открыла глаза, подруга сидела с таким лицом, будто она прямо сейчас сорвётся с места прямо на поле боя.

– О, Господи! Они же сектанты! Или эти… как их?.. Вот, сатанисты! – ошарашенно восклицала она.

– Да-да, у меня такие же мысли были, – я съёжилась и криво усмехнулась. На самом же деле я перестала считать тот разговор моих родственников совсем уж ненормальным, наверное, после того, как словила галлюцинации в лесу. И мне непременно захотелось донести это до подруги. Мол, раз уж она начала слушать и всё ещё меня не прогнала, значит, и эту информацию воспримет адекватно. Да и простое желание «выговориться» никто не отменял.

И Вера снова не оттолкнула меня, назвав сумасшедшей, а выдвинула очень даже правдоподобную теорию:

– Если твои родственники правда помешанные сектанты, то ничто не мешает им подмешивать тебе в еду какие-то «целебные травы или отвары»? О, Боже! Люда! Тебя срочно нужно к врачу! – она несдержанно всплеснула руками и ринулась к телефону на письменном столе.

Я вовремя успела перехватить её руку со словами: «Если моих родителей заберёт полиция, что точно случится, то что будет со мной?»

– Ты хочешь сначала доказать, что твои родители ни при чём и являются лишь жертвами ситуации, прежде чем заявить в полицию на тётку и дядю? – догадалась Вера.

Вид у неё, честно сказать, тоже стал весьма усталым. Она переживала за меня, из-за чего сильно потела и накручивала волосы на пальцы, путая их.

«Ох, хоть бы они действительно оказались жертвами», – с горечью подумала я.

Вскоре мы решили отложить беседу о моих родственниках на потом, но мрачный отголосок всё ещё продолжал звучать в наших головах и беспокоить своим незримым присутствием.

Мы говорили менее экспрессивно и быстро, чем обычно, пока Вера помогала мне обрабатывать йодом и гелем ушибы и царапины и настойчиво пыталась заставить меня выпить активированный уголь. Далее она помогла мне с домашкой по физике, а я ей – с литературой. Мне всегда не давались точные науки, в то время как Вера люто ненавидела сочинения и уж тем более литературные анализы.