Лунный Дар 2

Викинги не только однозначно понимали, что такое «хорошо» и что такое «плохо», они и жили так, чтобы точно можно было сказать, какой человек. У них не было лжи, лицемерия и интриг. Ну, кроме Локи, разумеется, бога коварства. Это как раз тот случай, когда исключение лишь подтверждает правило.

Они одни из немногих народов, кто пришел к умозаключению, что жить надо здесь и сейчас. Не ориентироваться на счастливое посмертие (забывать о нем, конечно, тоже не стоит), не лежать в вечных думах о том, как все может быть устроено, а жить.

Жить прямо здесь и сейчас. Даже если тебе пару минут назад предсказали, что жить тебе осталось как раз пару минут. Прожить их надо так, чтобы не было стыдно за свое бездействие.

Вот точно ни один из викингов не сидел бы, как я, в полной темноте, да еще на холодном камне.

Позади раздался приглушенный вой.

Через секунду к нему присоединился второй голос, затем третий, четвертый.

Пришло понимание, что так выть могли только волки. Настоящие, не придуманные моим испуганным сознанием, не созданные богатым воображением, не пришедшие галлюцинацией к уставшему от собственных игр мозгу.

Нет, появилась незыблемая уверенность – волки настоящие.

Страх ушел. Если рядом живые существа, значит, не все потеряно!

Странно, но мысль о том, что меня могут сожрать кровожадные звери, пришла мне в голову, а я от нее отмахнулась, даже не задумываясь. Это было сродни тому чувству слепого доверия, которое я испытала к волку, провожавшему нас с Муром до Клавердона. Весь путь кот без устали ворчал, что на нас нападет и убьет волчья стая.

Но ведь не напала, не убила. Мало того, нам тоже оказали высшее доверие.

Вот и сейчас, когда вой раздался ближе, я обрадовалась. Осмелев, я попробовала нащупать рукой край камня, на котором сидела. Рука остановилась на твердом, но не остром углу, затем я медленно повела ее вниз. Я все никак не могла дотянуться до хоть чего-нибудь, пришлось лечь на грудь. А в голове вновь возникла картинка: вот я лежу, свесившись, на высокой-высокой горе, а вокруг бездонная пропасть, а я пытаюсь нащупать что-то в воздухе, наклоняясь все ниже и ниже.

Меня обдало волной ледяного ужаса, когда я представила себя, летящей вниз, но тут моя рука нащупала твердую поверхность. Я аккуратно пододвинулась ближе к краю, свесила ноги, выдохнула и встала.

Настолько была поглощена своим занятием, что не обратила внимания на то, что вокруг вновь наступила тишина. Но изменилась тьма, она показалась мне иной.