Поцелуй рыжей ведьмы

Я отпила из кружки чай и спросила:

– А откуда ТЫ знаешь Триссу Те Канигель?

– А вот это не твое дело! Давай доедай и пошли, покажу, что будешь делать.

Я чуть не подавилась от этого «не твое дело». Как она смеет так со мной разговаривать? Хотя, откуда ей знать. Любой из моих подданных, если бы каким-то чудом у него вырвались подобные слова, уже лежал бы на полу с голой спиной. Потому что порка в этом случае – самое легкое наказание.

Но я умела держать себя в руках. Настанет мое время. А пока надо смириться и с бедностью обстановки и с невоспитанной старухой и даже с наглым котом.

Третья комната меня удивила. Ожидала нечто подобное увидеть, но все же, зрелище было ошеломительным.

Небольшая, без окон, зато с несколькими толстыми зажженными свечами по три штуки в каждом углу. Одна стена была полностью отдана под полки. На полках валялись как попало разные травы. Да меня чуть удар не хватил. Разве можно так обращаться с материалами?! Да никакое заклятье не получится наложить! Они же перемешались на этих полках друг с другом! Две узкие кровати стояли возле стен.

– Это непромокаемые накидки, – заметив мой интерес, проговорила Рьяна.

– Зачем?

– Как зачем? – бабка удивленно смотрела на меня. – У людей, например, кровь течет. Если бы не накидки, она бы впитывалась. Что мне после каждого мебель менять?

– А ты что, здесь больных лечишь? – я покосилась на заляпанный высохшей грязью пол, на покрытые пылью полочки.

– А где ж еще?

Тут до меня дошло:

– Ты же знахарка! Какая кровь?! Ты что людям операции делаешь?!

– А что ты так удивляешься? У нас в городе ни одного лекаря нет, только вон банщик-цирюльник один. Да и тот. Толку от него немного, вечно пьяный.

– И ты сама людей зашиваешь? – я все не могла поверить, чтобы знахарка, которой положено только траву людям в настойках да в порошках давать, людей сама зашивала. Насколько я знала, не каждый лекарь умеет это делать.

– Тьфу на тебя, девка! – почему-то разозлилась Рьяна. – Еще ни один не помер. Но разве можно такие вопросы задавать? Не к добру это.

Молча разглядывала застывшую в праведном гневе женщину. Наверное, в молодости она была довольна красива. Ну, для тех, кому нравятся такие высокие. Но сейчас… Сложно назвать ее толстой, скорее крупная. Мощные руки, словно у кузнеца. Жидкие волосы, перевязанные грязной тряпкой.