Поцелуй рыжей ведьмы

Моя мама бы сознание потеряла от ужаса, если бы знала, как тщательно мы изучаем мужскую и женскую анатомию, мельчайшие детали. Любая уважающая себя ведьма должна знать строение организма человека.

Хорошо, что травницам позволительны некоторые вольности.

– Хватит болтать! – рявкнула на мужчин Рьяна. – А ты, – обратилась ко мне женщина, – давай нитку с иголкой!

Я оглянулась в поисках тазика с водой, где можно помыть руки. Но его нигде не было.

– Что?

– Руки помыть.

– Тьфу на тебя, чистоплюйка, пока ты руки будешь мыть, он кровью истечет.

Я пожала плечами. Ей виднее. Я еще ни разу не зашивала живого человека, но в школе нам говорили, что при ранах необходима полная чистота. Но, может, у знахарки другие познания. Возможно и методы другие.

Протянула ей нитку с иголкой.

– Что тянешь? Шей!

– Я?

– Сама вызвалась помогать, – ехидно ответила старуха.

Нет проблем. Я подошла к раненому, вонзила в кожу иглу. Мужчина конвульсивно дернулся. Я быстро вытащила иглу, беспомощно оглянулась на Рьяну.

Двое других мужчин молча переводили взгляд со старухи на меня. Раненый продолжал кровоточить.

Рьяна вздохнула, достала из кармана пузырек, открыла, вылила из него жидкость на тряпочку и прижала ее к носу раненого. Тот затих. Женщина выразительно посмотрела на меня.

Зашила я быстро и аккуратно. Оказывается, зашивать человека не сложнее, чем мастерить холщовые мешочки.

Рьяна вздохнула, посмотрела на меня и как гаркнет:

– Убирайте вашего доходягу! И в следующей раз пусть не лезет под ножи! Который раз уже, – уже тише проворчала бабка и вышла из комнаты.

Хотела последовать за Рьяной, но один из мужчин мягко взял меня под локоть.

– Какая ты способная ученица, даже руки не тряслись, – приятным голосом проговорил мужчина и скинул капюшон.

Я смотрела прямо в черные глаза. Глаза, которые уже однажды показались мне бездонным черным болотом.

Сердце глухо стукнуло в груди.

Теперь моя рука дрогнула.

– Здравствуй, сиротка, – широко улыбнулся мой «провожатый».

– Ты меня с кем-то перепутал, страж, – пыталась вырвать свою руку.

– Да неужели? – он, не переставая улыбаться, взял меня крепче.

Сердце в груди уже отбивало набатом. Как он мог меня узнать? Он же был пьян. Что интересно он запомнил? Неужели и поцелуй тоже. Я почувствовала, как к моему лицу прилила кровь.

– Да! – выкрикнула ему в лицо. Ладошка вспотела и мужчина не мог этого не чувствовать.