Поцелуй рыжей ведьмы

Нельзя заставлять Триссу Те Канигель ждать.

Днем ранее

Граф Лангофрье, толстый и неприятный субъект. Но сегодня я осчастливлю его своим вниманием. Потому что именно у него есть то, что мне нужно. Ожерелье. Его мне надо добыть, чтобы успешно сдать последний экзамен. И я это сделаю.

Поправила капюшон на кипельно белом плаще, сдула невидимую пылинку. Хоть сейчас я и в костюме людского лекаря, все равно стоит выглядеть безукоризненно.

Мне выпал легкий билет на экзамене. Сложностей возникнуть не должно.

Не составило труда подкупить его главную повариху, которая всего за пять дуаней подсыпала ему порошок. Порошок, над которым я сама лично колдовала полных десять дней. Но оно того стоило. К моменту, когда зайду в гостеприимно открытые двери графского замка, самого графа должен одолевать непроходимый зуд. Уверена, он согласится на все в обмен на излечение.

Цена на услуги лекарей узнала заранее. Никто не берет меньше двух дуаней. А я потребую один. Он не сможет отказаться. Тем более сейчас, когда мое снадобье должно было проявить себя во всю силу.

Зашла в распахнутые настежь ворота и оказалась во внутреннем дворе замка. Царил переполох. Дородные тетушки бегали за бойко горланившим петухом, две большие лохматые собаки мешали друг другу, стремясь поймать первыми гордую птицу, а мальчишки с перемазанными лицами весело смеялись над несуразной погоней.

Спрятала усмешку, сразу догадавшись, зачем им понадобилась бедная птица. По глупым людским поверьям, самое лучшее средство от любых хворей – это бульон из петуха.

Открылась дверь замка и на пороге показался сам граф. Выглядел он так, как и должен был выглядеть после моего порошка. Его лицо было свекольного цвета, глаза лихорадочно блестели, а руки то и дело норовили залезть под штаны. Но, видимо, графская кровь все же что-то значит, потому как руки его были не в штанах, а около, и пальцы совершали непрерывные движения в воздухе.

О, я знала, как ему сейчас тяжело. Его ягодицы сейчас нестерпимо зудят. А почесать их нельзя. Уверена, он уже пробовал. Любое соприкосновение с саднящей кожей похоже на прикосновение раскаленного кнута.

Я стояла с невозмутимым видом и ждала приглашения. Графа хватило ровно на две минуты. Затем он, быстрыми полупрыжками преодолев грязный двор, подбежал и раскланялся передо мной.