Смертельный поцелуй, или Охота на мутанта

– Ты говорил о шести пропускных пунктах, – вспомнила я, – но нам же необязательно идти напролом? Как еще можно выбраться из города?

– Представь ограждение высотой в четыре метра, колючая проволока по всему периметру города, – парень отставил чашку с чаем, так и не отпив ни глотка. – Полгода назад по ней пустили ток.

– Скажи, Стас, а как ты оказался в этом городе?

– Он пришел, чтобы помочь мне.

– Как он проник в город? Вежливо попросил?

Стас посмотрел так, что я поняла – вряд ли после «вежливо попросил» люди остались невредимы.

– А как сюда попали вы? – я вперила взгляд в Способную.

Марья Петровна тяжело вздохнула, медленно встала, прошла на кухню, вернулась с дымящимися чашечками в руках, одну поставила передо мной, из второй отпила сама. Она присела, еще раз тяжело вздохнула.

– Думаю, раз девочка оказалась замешена в это, стоит ей рассказать, – робкий взгляд на Стаса, тот едва кивнул, Способная обернулась ко мне. – Как ты уже знаешь, я Способная типа «ясновидящая», класса «гадалка», – она заметила, что я нахмурилась, и сказала, – догадываюсь, ты не знаешь о классах ясновидящих.

Я права? Я уже говорила, новое поколение такое… необученное. Но сейчас не об этом. Я родилась в небольшом сибирском городе, там и провела всю свою жизнь. Работала воспитателем в детском доме, там мы и познакомились со Стасом.

Я посмотрела на парня.

– Ты из детского дома? – не удержалась я от вопроса, сердце дрогнуло от жалости. Стас кинул на меня предостерегающий взгляд. Понятно – не любит, когда ему сочувствуют.

– Способности Стаса проявились очень рано, но были слабыми, – она отвела глаза, а я вдруг поняла, что она врет. – Его дар очень редок, и мы боялись, что его заберут.

– Дар? – не выдержав, перебила я. – Вы говорите о возможности чувствовать потоки, как о даре? – я хохотнула. – Мне кажется, это проклятье! – с чувством выдала я, на что получила пару удивленных взглядов. – Мы все проклятые!

– Странно слышать такое от горгоны, – пробормотала Марья Петровна, а затем, словно смутившись, добавила, – кому дар, кому проклятье, девочка.

Но почему для тебя это второе?

Ага, так и рассказала я ей о бессонных ночах и мокрых подушках, о разбитых мечтах. Пока все девочки бегали на свидания, я погружалась с головой в дряхлые рукописи, в которых были древние легенды. Попытки найти ответ на мучавший меня вопрос, естественно, провалились. Организм горгон так устроен, что раз выделив яд, будет выделять его на протяжении всей жизни.