Ведьма в бегах

Закрылась на замок, мне нужно сосредоточиться, а ворон слишком любопытен.

Родовой дух не должен знать, чем я занимаюсь, мне удавалось скрывать от него мои исследования несколько лет. И я хотела, чтобы моя тайна так и осталась нераскрытой.

Проработала несколько часов, остановилась лишь тогда, когда перед глазами начали расплываться буквы.

***

В разрешении мне отказали. Точнее, запросили за него баснословную сумму. На все мои уговоры и обещания, что я смогу заплатить, когда открою дело, они не отреагировали.

Мерзкий городишко! Настроение было отвратительным. Ехидный взгляд Родгара только подлил масла в огонь.

Закрылась в спальне, достала фамильные украшения и разревелась. Сердце обливалось кровью от мысли, что придется их продать. Но выхода не было. Надо на что-то жить. На вырученные деньги от одного ожерелья можно купить то разрешение и запастись продуктами. Я не собиралась бездельничать. Но знала, что продав драгоценность, вряд ли смогу ее выкупить. Особенно в этом захолустье.

С тяжелым сердцем собралась, завернула украшение в платок и хотела уже выходить.

Реакция тела не подвела. Я вновь успела захлопнуть дверь перед самым носом у Миралда. Отскочила, добежала до несколько ошалевшего от моего поведения ворона, схватила его и яростно зашептала ему в клюв:

– Прячься!

– Он все р-р-равно почувствует мое пр-р-рисутствие, – просипел Родгар.

Чуть ослабила захват на шее птички:

– Не сразу! У меня будет время.

В дверь настойчиво постучали.

– Давай! – сделала страшные глаза.

Ворон соизволил скрыться в комнате, для которой я еще не нашла предназначения. Мне хватило места в зале, кухне, спальне и в кабинете.

– Здравствуй, Миралд! – широко распахнула дверь, сделала приглашающий жест.

Мужчина подозрительно посмотрел на меня, но зашел.

– Чай, кофе? – сладко улыбнулась.

– Гликерия! Прекрати балаган.

– Я еще даже не начинала.

Усадила гостя на шаткий стул, еще вчера заметила, что у него болтается одна из ножек. С удовольствием наблюдала, как Миралд, не глядя, сел и тут же чуть не упал.

Чертыхнулся, бросил на меня взгляд, полный негодования, поднял упавший стул, сделал пас рукой, поставил, сел.

Хмыкнула. Никакой справедливости! Колдует среди бела дня и нисколько не переживает, что его могут обнаружить.

Присела напротив, сложила ручки на столе.