Повороты судьбы

Но кроме заботы я от него ничего не видела. А давай пригласим его к нам на ужин, вот и познакомитесь, пообщаетесь. Давай, мамуль? – я тараторила без умолку, сама с трудом осознавая, что лепечу. Просто надеялась, что в этом словесном потоке найдётся хоть что-то, что сможет успокоить маму. Скандалить я до ужаса не люблю.

– Ладно, ладно, отпусти меня Жанна…, – но я не прореагировала.

–Дочка сейчас задушишь меня в своих горячих объятиях, – предприняла вторую попытку мама. И раз она говорит «дочка», значит злится чуточку меньше.

Я рискнула опустить свои руки, и незаметно отодвинулась от мамы подальше (рука-то у неё тяжёлая, моя попа ещё помнит после детских проказ).

–Кстати очень хорошая идея. Приглашай своего Игоря на ужин через неделю, в следующее воскресенье.

–Хорошо мам. И прости меня, пожалуйста, что сразу не рассказала, – я решила всё-таки покаяться, и умаслить мамино плохое настроение. – Я постараюсь исправиться.

–Иди уже спать горе луковое. Завтра прощу. Вот я утром встану, ты мне завтрак с утра пораньше вкусный приготовишь, кофе сваришь, тогда я подумаю и возможно прощу.

–Спокойной ночи, мамуля, – пожелала ей и отправилась с облегчением в душ. Однако я легко отделалась. Приготовить завтрак пораньше – это ерунда, лишь бы мама не лютовала. А то станется с неё, посадит меня под домашний арест. А сейчас весна, птички поют, листочки распускаются. Вдруг Игорь на прогулку позовёт, а у меня домашний арест. Так что завтрак приготовить это хорошо, просто чудесно.

Перед самым сном переставила звонок будильника, чтобы всё успеть. Наконец-то этот суматошный день закончился. И спокойно заснула.

Несколько следующих дней я не только вела себя тихо-тихо как мышка, дабы показать маме, что хулиганить больше не намерена. Но и вспомнила Лилину фразу, что она знать меня не хочет, так как я интересуюсь Игорем больше чем ей. О чем не преминула высказать сестре:

–Лиля, вот скажи мне откровенно. Неужели ты действительно считаешь меня настолько эгоистичной стервой? И что мои интересы мне намного дороже твоих проблем?

–Жанна, ну причём тут «стерва».

Во-первых, я тогда была на взводе и могла наговорить тебе всякого сгоряча. А во-вторых, я считаю тебя не стервой, а влюблённой дурой. А это очень большая разница.

–Влюблённой дурой? Но почему? Да, я влюблена, и не скрывала этого ни от тебя, ни от себя, и старалась держать в узде мои расшалившиеся гормоны.

–Нет, сестрёнка. Тебе это совершенно не удалось.