Ревность 2

– Кто тебя лучше удовлетворял, Мира, он или я? – выдох в губы и новая атака. Теперь мой язык застрял в алчном плену без права на помилование. Мне бы оказать достойное сопротивление, но: «Я свободная, разведённая женщина, изголодавшаяся по мужской ласке. Его ласке». Так я оправдывала себя, пока позволяла проделывать с собой невообразимые вещи. В соседнем помещении за накрытым столом меня дожидался мужчина, который относился ко мне со всем положенным уважением. И хоть я не давала повода надеяться на большее, тем не менее с моей стороны некрасиво прийти с одним, а целоваться в подсобке с другим.

«Некрасиво? – вопил здравый смысл, – это отвратительно!»

«Мм… восхитительно! Это же Гера», – своевольно и категорично отвечало моё тело. И сегодня я не находила в себе сил на сопротивление. Поэтому вцепившись пальцами в лацканы пиджака я вжималась в Бывшего всё крепче, в итоге и вовсе закинула ногу ему на бедро. Гера зарычал, понимая, что моё сопротивление пало и подхватил ногу под коленкой, сильнее впечатывая губы в мои и вжимаясь в меня пахом.

Дыхание сбивалось, но мы не могли оторваться друг от друга, словно не существовало последних месяцев боли, обид, предательства, развода, будто мы снова стали влюблёнными, которые даже на мгновение не могли расстаться.

– Чёрт, Мира, с ума можно съехать… до одури хочу тебя… Я должен оказаться в тебе.

Я слышала его хриплую, сбивчивую речь, но не понимала смысл. Наглые пальцы проворно задирали подол платья, горячая ладонь скользила по ноге вверх, но только когда поверх резинки чулка его обнажённая кожа соприкоснулись с моей, отправляя сноп множества искр в сердцевину моей женской сути, вместе с диким возбуждением на меня сокрушительно и неотвратимо накатило осознание.

Мой бывший муж, в эту самую минуту собирался поиметь меня по примеру той девицы, которая являлась его «+1» на сегодняшний вечер.

И стоило мне только представить, что я буду после неё или даже до неё, но в любом случае после другой женщины… очухавшаяся от дурмана память услужливо забросала меня яркими воспоминаниями, когда Гера точно также сношал в нашем доме рыжую вертихвостку.

Недавнее возбуждение сошло резко, в один миг. На его место пришла ледяная стужа, поднявшаяся из глубин души, и за короткое мгновение полностью захватила меня в плен. Удивительно, что зубы не стучали, ибо холод и мерзость от происходящего, были непереносимыми.

– Остановись, – мой голос звучал полным отражением меня.