Ревность 2

Я отворачивала лицо в разные стороны, чтобы избежать порабощающей моё сознание и тело ласки.

– Ты как была шлюхой, Мира, так и осталась ею. Жаль, что я не разглядел в тебе этого раньше.

Но я не для того начинала новую жизнь, запрещая себе любить кого должна ненавидеть и приказывая ненавидеть кого продолжала любить.

Отныне мы друг другу никто, даже если мечтали о противоположном. Но получалось иного хотела только я?

– Что ж. Пусть так. Но почему-то на коленях ты ласкаешь шлюху, не вспоминая о той, с кем пришёл сегодня.

Надеюсь, девочке повезёт, и твоя нерастраченная страсть после шлюхи осчастливит её прелести тоже. Хм, жаль, что я не разглядела раньше, какой ты оказывается любвеобильный и щедрый, Подольский. Но мне твоя щедрость не подходит, я жадная и эгоистичная.

– Расскажи об этом Загородневу, – зло огрызнулся уязвлённый Бывший.

– Так ему не на что претендовать, я ему щедрот не отсыпала. В отличие от тебя и твоей спутницы.

Когда в следующее мгновение я развернулась в его ставших душными объятиях и открыла дверь, он меня не остановил.

Снова жмурясь от яркого света, я выскользнула в коридор. Но напоследок не удержалась:

– Трусики можешь оставить себе, на память.

После чего устремилась прочь. Как можно быстрее. В сторону раздававшегося издали шума, чтобы скорее покинуть мужчину, который по-прежнему искушал, сбивал с верного пути, заставлял трепетать и рядом с которым я теряла саму себя.

Громкий шум из динамиков на время оглушил, стоило очутиться в шумной зале.

Но я, склонив голову ниже, избегая встречаться с кем-либо глазами, торопилась к столику, где Пётр должно быть изволновался о причинах моего долгого отсутствия. И едва я заметила выражение его лица, как получила мгновенное подтверждение всем внутренним опасениям.

– Где ты была? – его интонация резанула, но вполне укладывалась в рамки сложившейся ситуации.

– В дамской комнате, – я нервно рассмеялась неизвестно чему.

– Мира, – он выплюнул отрывисто и зло, пресекая мою подступающую истерику на корню.

– Петя, прости, пожалуйста, что задержалась. И если ты переживал, то уверяю – со мной всё хорошо. Но я не хочу обсуждать подробности в присутствии посторонних людей.

Надо признать, что народ за время моего отсутствия разогрелся основательно. Люди хаотично сновали по проходам между столами, присаживались для беседы, нарушив изначальную рассадку гостей.