Сталкер. Подчиняя тебя

Но моей малышке нужен оргазм, а для этого придётся потрудиться нам обоим. Затем снова ослабляю давление, мучая едва заметными касаниями. Мои бёдра работают в отлаженном ритме, высекая искры из нас обоих. Чуть больше давления на клитор, Лили задрожала, после чего её стенки сжали меня изо всех сил, что я едва не кончил в ту же секунду. Тут же следом влагалище начало сокращаться с умопомрачительной частотой. А Лили утробно застонала, утыкаясь в покрывало.

Господи Иисусе, наконец-то сладкая девочка перешла через край!

Больше не сдерживаясь, я впился пальцами в мягкие бёдра и задвигался с космической скоростью.

Много времени не потребовалось, пара минут и собственные звёзды взорвались под веками, а мне пришлось наклониться и впиться зубами в плечо малышки, чтобы не застонать на весь долбаный отель, так мне было хорошо. Член сладко пульсировал, выплёскивая последние капли, влагалище Лили до сих пор сокращалось, выдаивая из меня последнее.

– Милая, ты жива? – бормочу ей в шею, не желая покидать приятное тепло.

Лили промычала что-то невразумительное и зашевелилась под мной. Пришлось освободить девочку от собственного веса и ненасытного члена.

– Я отнесу тебя в ванную, только помоги мне.

Она поднялась, садясь неловко на пятки и покачиваясь из стороны в сторону, тогда я подхватил её со спины, затем под коленками и отнёс в душ.

Приведя себя в порядок, я заметил, что Лили притихла. Но обсуждать случившееся с моей точки зрения глупо. Я хотел, она тоже хотела, теперь нам обоим хорошо.

На фига рефлексировать о глупостях?

– Мы уходим. Ты всё взяла, ничего не забыла?

Лили отрицательно мотнула головой и молча пошла к выходу. М-да… как это понимать, хрен его знает…

В машине она сразу отвернулась к окну, лишь раз обратилась с просьбой:

– Эдриан, можно тебя попросить?

– Конечно, сладкая.

– Я потеряла кулон, мне Линда с Джейсоном его подарили на день рождения. А обнаружила только когда ушла из пентхауса.

– Я поищу.

– Я ведь могла обронить его по дороге.

Но вдруг цепочка порвалась ночью, когда мы…

Она неловко замолчала, заливаясь румянцем, а я вновь едва сдерживался, чтобы не наброситься на смущённую малышку с поцелуями. Такое состояние для неё непривычно. Гораздо чаще она обрастает колючками, как кактус, но очень редко смущается. А мне это отчего-то нравится. Краснеющие щёчки и пошлые мыслишки, вызывающие жар. То, что нужно сладкая, для твоего недотраханного папочки.