Зазеркалье

Зазеркалье

Кристина Генри

Злые сказки Кристины ГенриХроники Алисы #3

В Новом городе живет девочка по имени Элизабет, и у нее есть секрет: она умеет колдовать. Но кое-кто об этом знает – кое-кто, у кого имеется собственная тайна. Эта тайна – бабочка, которая живет в банке. Бабочка, которая должна была исчезнуть навсегда. Бабочка, которую раньше называли Бармаглот…

А где-то далеко идут Алиса и Тесак. Алиса мечтала о коттедже с тенистым садом на берегу озера, но, бредя вслепую в снежную бурю, она натыкается на дом, который только кажется пустым и заброшенным.

В этом месте, скрытом в горах, люди ненавидят магию, потому что боятся ее. Это Деревня Чистых, и хотя Алиса и Тесак желали бы избежать ее, она лежит прямо на их пути…

Кристина Генри

Зазеркалье

Всем девушкам, которые спаслись.

И всем тем, кто еще только учится спасаться.

Christina Henry

LOOKING GLASS

This edition published by arrangement with Ace, an imprint of Penguin Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC

Copyright © 2020 Christina Henry

© В.

Двинина, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Прелестное создание

Элизабет Вайолет Харгривс – в новеньком голубом платье, со светлыми локонами, аккуратно подвязанными лентами, – сбежала по лестнице. Ей не терпелось показать маме и папе, какая она хорошенькая, хотя нетерпение и не помешало ей потратить пару минут, чтобы покрутиться перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон и восхищаясь собственной прелестью.

Прервалась она, только когда горничная Дина сказала, мол, хватит уже, пора спускаться, а то она, чего доброго, пропустит завтрак.

Пропускать завтрак Элизабет совсем не хотелось. Поесть – к немалому огорчению ее матери – она любила и всем трапезам предпочитала именно завтрак. По утрам на столе всегда стояли баночки с джемом и сахарница, и Элизабет никогда не упускала случая шлепнуть на свой тост лишнюю ложечку джема или стянуть еще один кусочек сахара.

Мать, поймав ее на этом, непременно зашипела бы, по своему обыкновению, как змея, и заявила бы, что если Элизабет продолжит в том же духе, то станет совсем круглой, еще толще, чем сейчас. Но полнота не смущала Элизабет. Она считала, что пухленькой выглядит мягкой и милой, – и предпочитала быть именно мягкой и милой, а не жесткой и резкой, как мать.

Конечно, Элизабет считала маму красивой – или, скорее, красивой там, за всеми ее гранями и углами.