Сестренка

* * *

Вот что? делить разнополым детям с четырехлетней разницей в возрасте? Но как только Юлька немного подросла, они стали драться за каждую травинку во дворе, за каждую найденную в квартире пуговицу, за каждую завалящую конфетку.

А ведь поначалу взгляд маленькой Юли выражал лишь восторг, стоило ей только увидеть брата. Но в первый год жизни сестры Юра не обращал на нее внимания, а когда она начала пытаться всячески его привлекать, получала тычки. Я одергивала старшего, он снова злился на младшую, а та продолжала его задирать.

Вскоре я перестала разбираться, кто прав, кто виноват. Гвалт, плач и стукотня прочно вошли в мои дни. Когда вечером возвращался Костя, дети притихали, но теперь он разражался недовольством.

…Они оба были уже подростками, и служили мы на Северо-Западе, который казался солнечным и приветливым после Крайнего Севера.

Я пытаюсь вытеснить из памяти тот день, когда случайно застала Юру душащим Юлю подушкой. Больше всего, когда я подбежала на дочкин сдавленный крик, меня поразило лицо сына – довольное, без капли раскаяния.

– Мама, да мы же просто прикалываемся! – сказал он. – Да, Юлька?!

– Да… – испуганно ответила она.

Я предпочла не заметить, что этому «да» предшествовал Юрин тяжелый взгляд в сторону сестры.

А вечером Костя привел с собой какую-то блондинку в бежевом тренче и очках с кошачьей оправой. Сказал, это Жанна, журналистка гарнизонной газеты.

– 15 мая отмечают День семьи, – начала Жанна. – Мы хотим опубликовать небольшие очерки о семьях, которые прибыли к нам недавно.

– Я не готова, – прошептала я.

– Ты – готова, – процедил Костя.

– И деток позовите, – обратилась ко мне Жанна, повелительно блеснув стеклами очков.

* * *

– Ты список написала?

– Какой еще список?

Я всплеснула руками:

– Ну, Юля! Я же тебе говорила – список грехов для генеральной исповеди! И для беседы с батюшкой Наумом может пригодиться.

Она пожала плечами.

– Это странно, – сказала Юля. – Не по-человечески как-то. Вот ты говоришь, в церкви благодать, а там какая-то канцелярия. Список грехов, запись в очередь…

– Если бы ты знала, какая там очередь к старцу, – прошептала я. – Как же им иначе упорядочить процесс? Сразу говорю: матушки там очень строгие. Делай, что тебе велят, и ни в коем случае не спорь.