Герда и храмбынштейнчики

Герда и храмбынштеи?нчики

Кристина Ханизбекова

Захватывающая история о девочке Герде, которая так сильно любила Новый год, что попала за это в мир, где все ненавидят этот праздник. Героине предстоит выполнить задания главного монстра Храмбынштейна и научить маленьких монстриков заедать борщ конфетами

Кристина Ханизбекова

Герда и храмбынштеи?нчики

Герда очень не любила жару. Ее пухлые щеки розовели, двигаться хотелось все меньше, а вредность увеличивалась в разы.

В это холодное время года отопление не щадило никого. Особенно домашних Герды.

Ее старший брат Вова лежал на диване и докучал маме расспросами, почему его зовут Вова (он нарочито угрюмо тянул первый слог, чтобы показать обыденность этого имени), а сестру – Герда (произносил он это легко и возвышенно).

Кот Живот лениво отмахивался лапами от гердиных приставаний и недовольно тяжко вздыхал.

Был только полдень, а Герда уже неимоверно устала. Столько всего она успела переделать за день: и потаскала кота за хвост, и нарисовала портрет Вовы на стене в родительской комнате (в этот раз у нее получилось почти идентичное сходство, особенно удались рога), и позвонила почти всему руководству мамы, и попела, и потанцевала так, что ей наконец удалось заставить этих ленивых соседей снизу зайти, и поела всякие вкусности, что нашла на детской площадке, и устроила вечеринку всем-всем своим игрушкам на полу, – в общем, утро было насыщенным.

От скуки и жары, она не знала, что бы еще такого придумать кроме как лежать на полу, но и это ей уже надоело. Она перекатилась на спину и кое-как уселась. Так хотелось маминых булочек, макарон и хлеба, но мама готовила какую-то шубу для селедки. Герда, конечно, пыталась выяснить, почему у селедки шуба есть, а у нее нет, особенно, когда узнала, что шуба эта – съедобная, но мама как-то так ловко всегда уходила от вопросов.

Пришлось переключиться на Вову. Герда подвинула его на диване.

Пролежав так спокойно несколько минут, изредка (раза два в секунду) подпихивая брата ногами, она вспомнила, что еще не рассказала маме новые шутки про какашки, которые придумала в саду.

У мамы, конечно, было так себе с чувством юмора, хороших шуток она не понимала. А вот Вова посмеялся, что, конечно же, для сестры было признаком провала.

Герда, маленький недооцененный гений, встала и пошла к себе в комнату.