Непокорная для ледяного дракона

– То есть… у Его Высочества есть наложницы, но только наречённая может родить наследника?

– У Аша сейчас нет иссаи, – невозмутимо отозвался дракон, наверное, лучше называть его так. Он ведь никакой не страж. – И, насколько мне известно, он не планировал делать свою избранницу с континента наречённой. По крайней мере сейчас…

– Подождите, господин Гааш, – вмешалась я. – Но вы ведь тоже сын Великого дракона, разве это не делает вас принцем, хоть и не наследным?

– Нет, – без тени сомнения или раздражения отозвался он.

 – Мы старшие лакшмири – принцем может быть только сын, рождённый от наречённой. Раньше наследником был Шэн – старший сын Великого дракона, но он… трагически скончался. Его место по праву занял Аш, – в голосе Гааша не было зависти, вообще никаких эмоций. Меня даже это, несколько, обескуражило.

– А если и он… трагически скончается? – сглотнув, спросила Сесиль.

– Тогда… – асхронец шумно втянул воздух носом. – Тогда Великий дракон должен выбрать новую наречённую, молодую и сильную, чтобы она произвела на свет здоровое потомство…

На Сесиль было жалко смотреть, настолько растерянной она казалась.

И я примерно представляла, какие мысли крутились в её голове: «Что за варварские обычаи? Мы что, попали в мир животных, где все повинуются инстинкту продолжения рода, ради сохранения вида?»

Меня только радовала мысль о том, что у принца сейчас нет никаких иссаи, можно надеяться, что Сесиль станет для него единственной.

– Господин Гааш? – не удержалась я. – А у вас есть наложницы?

Сесиль подавилась воздухом, а вот у асхронца мой вопрос не вызвал никакой заминки…

– Прошу, – произнес он, жестом приглашая нас к столу. Придвинул для принцессы стул и любезно помог мне. – Мало кто из лакшмири содержит иссаи, но те, что принадлежат Великому на постоянной основе проживают в замке. Есть ещё свободные иссаи – они заботятся о лакшмири, но не являются… наложницами в вашем понимании, – дракон первым взял приборы, и я несильно пихнула ногой стул Сесиль под столом, чтобы та отмерла.

– У вас… очень своеобразные и… сложные законы, господин Гааш, – натянуто улыбнулась она. Гилт любезно снял металлические крышки с блюд, составил их на тележку и удалился.

– Зовите меня Мартин, принцесса, – просто отозвался он, принимаясь за еду. – Мы не сильно привыкли к официальным обращениям, статусам и чинам.