Афера

С трудом я поднимаюсь и плетусь на кухню. Наливаю в стакан воды и, стараясь разлить, как можно, меньше, подношу ко рту. Делаю пару глотков, но легче не становится.

Думала, что меня отпустят просто так? Какая же я дура!

Вспомнив про мини-бар, тянусь к бутылке с виски. Открываю и делаю глоток прямо из горла. Алкоголь обжигает горло и ползет по пищеводу огненной змейкой. Мужественно делаю еще глоток. И через минуту чувствую, что руки стали дрожать меньше.

Возвращаюсь в комнату, нахожу на кровати мобильный.

Я знаю, что выбора нет.

«Когда вылет?» – Отправляю смс Гордееву.

Глава 9

Павел Гордеев был циничен и спокоен. Ведь обычно ему было просто скучно. Привычка наблюдать за всеми вокруг привела к тому, что его практически никто не мог удивить. Круглосуточный режим вседозволенности, в котором проходила его жизнь, давно стал обыденным. Женщины не удивляли, деньги стали привычным спутником, и единственное место, где ему все еще было интересно, – это лаборатория. Только там он мог воплощать в жизнь свои идеи, которые вихрем кружили в голове.

Они не иссякали, наоборот, их становилось все больше. Благо, что и возможности для их реализации росли.

Ночью, когда Кристина вернулась в спальню, он так и остался в гостиной. Налил себе вина. Выкурил сигарету. Потом еще одну.

Стоя перед огромным окном, он смотрел на статую Персефоны во дворе и думал о том, что не все от него зависит. Сколько бы он не просчитывал каждый свой шаг, сколько бы не трудился в поте лица и сколько бы не изучал слабые места конкурентов.

Именно в тот момент, когда он был уверен в том, что эффективно управляет своей жизнью, в нее без приглашения ворвалась Кристина. Эта девушка на корню меняла его уклад жизни и мироощущение.

Просчитать ее было просто.

Понять ее – еще проще.

Отпустить – нереально.

Он знал, что Кристина стерпит его выходку на свидании. И о том, что она молча проглотит тот факт, что он фактически вломился в ее квартиру, тоже знал. Ведь он нужен ей. Нужен настолько, что она готова на все.

И его интересовало только одно – где заканчивается граница ее терпимости?

Чего он не знал, и ни за что бы не предположил заранее, – это то, что сам начнет терять голову.

Прокрутил окурок в пепельнице, и отодвинул ее от себя. Повернулся к двери, медленной походкой вышел из комнаты, поднялся по лестнице на второй этаж и зашел в спальню.

Девушка спала. Ее длинные волосы рассыпались по подушке, обрамляя лицо, словно облако.