Давай никому не скажем

Мужчина поддевает кружево бюстгалтера, тянет его вниз, освобождая грудь. Снова впивается в сосок губами. Так его поцелуй ощущается острее. Вскрикиваю от сладкой истомы. Мне хочется больше, сильнее, жестче.

Снова его рука под моим платьем. Он сминает трусики, разрывает их, почти не прилагая усилий. На миг отпускает меня. Но только для того, чтобы расстегнуть ширинку и стянуть с себя джинсы. В голове мелькает здравая мысль.

– У тебя есть резинка? – спрашиваю.

Он раздраженно выдыхает. Но тянется к комоду рядом, достает презерватив, шелестит целлофаном.

Эта минутная заминка позволяет мне вырваться из плена. Нужно бежать, пока есть такая возможность. Всего один рывок, и успею скрыться в своей квартире, а потом быстро закрыть двери. Но, вместо такого спасительного побега, я пялюсь на его торс, сглатывая вязкую слюну и продолжая лежать.

Мужчина закидывает мою ноу себе на плечо, резко входит одним мощным толчком. Искры из глаз, вскрикиваю от удовольствия. Не давая мне прийти в себя, он начинает двигаться, быстро набирая сумасшедший темп.

Мысли улетают прочь. Остаются только наши стоны и звуки шлепков плоти о плоть. Дикий танец, такой же древний, как сама жизнь. Оргазм накрывает взрывной волной, заставляя выгнуться в спине и громко стонать. Мужчина останавливается, наклоняется и впивается мне в губы.

И что теперь? Надеюсь, он отпустит меня, ведь уже получил то, что хотел.

Но долго размышлять об этом не приходится. Резким движением он переворачивает меня на живот.

Подхватывает за талию, заставляя упереться коленками о диван. Этот дикарь начинает трахать меня сзади, пылко и неистово. Как неандерталец, изголодавшийся по самке. Второй оргазм неожиданно ярче первого. Надо же. А ведь я считала себя совсем не страстной женщиной. Сейчас же хрипло стону от удовольствия, не задумываясь о том, как мое потное тело и раскрасневшееся лицо выглядят со стороны.

Обессиленные, мы падаем на диван. Пытаясь отдышаться, я даже не смотрю в сторону мужчины. Не нужно привыкать к нему, этот случайный секс ничего не изменит.

Я уже не двадцатилетняя девушка, чтобы один яркий эпизод мог заставить меня изменить курс. Восстанавливаю дыхание и, незаметно для себя, засыпаю.

Когда просыпаюсь, первые лучи солнца уже настойчиво пробиваются сквозь листву деревьев за окном, а в висках больно пульсирует после выпитого вчера алкоголя. Разом вспоминаю случившееся, меня запоздало накрывает чувство вины. Но не на долго. Оборачиваюсь.